- Да, я в курсе. Он рассказал мне даже больше, чем следует, - ответил я.
- Тогда скажи мне, твой друг сегодня выйдет на ринг? К тому же это был наш личный спор, и ты его проиграл, - Жорик улыбнулся.
- Давай я заплачу тебе за этот бой, если он не состоится. Каковы ставки? Назови сумму, - меня разрывает на части. С одной стороны, я вижу в Мише своего друга детства, брата и подвергать ему такому риску не хочется. Но с другой стороны хочется, чтобы он дошёл до конца по этому дерьму, раз добровольно в него влез.
Слепой рассмеялся.
- Андрей, ты ещё не понял мою политику? Скажи, разве Дьяволу нужны деньги? Дьяволу нужны души. – Слепой сделал очередную затяжку и спросил: - Наш Ромео сегодня идёт на ринг?
- Ты не Дьявол, ты – ничтожество, - выговорил я. Кажется, я нажил себе первого врага и сделаю всё, чтобы его размазать.
- Тише, тише. Не кидайся словами. Я не обидчивый, - он взглянул на наручные часы и повернулся к Маврину. – Можешь добровольно лечь во втором раунде - и отправляться пить чаёк. Но первый раунд соизволь простоять на ногах.
- Я сделаю всё, чтобы прикрыть эту лавочку! – выпалил я. – Тебе это будет очень дорого стоить! – кажется, весь мой гнев на Маврина сконцентрировался на другом человеке. Сам того не ожидая, я замахнулся, чтобы ударить Слепого.
- Не надо. – Миша схватил меня под локоть, не давая нанести удар, и впервые за вечер посмотрел на меня по-дружески. – Я того не стою.
Я смотрел на него, совершенно забыв о том, что секунду назад его ненавидел. Кто вообще из людей имеет права решать, сколько стоит другой? Цену назначают вещам, но не людям. И если кто-то думает иначе, то это уже не человек.
Маврин быстро направился к выходу в зал и, обернувшись, поднял руку в перчатке:
- Это средний палец! Если вы не видите, - и направился в зал.
Виталик с командой рванули за ним.
- После боя посмеёмся, Ромео, - крикнул ему вдогонку Слепой. Он взглянул на меня и быстро скрылся в конце коридора.
Я тоже поспешил за ними. В очередной раз понял, как важно правильно расставлять приоритеты. И не делать врагов из близких людей. Врагов и так хватает. В мире много гнилых и лицемерных людей, а ошибаются все. Мы в очередной раз не поделили с Мавриным девушку, и всё открылось странным образом, так, что я почувствовал себя преданным с их стороны. Но, может, нам просто стоит собраться втроём, и устроить разбор полётов. Я ведь не знаю, почему они так поступили, может, у них есть убедительный довод. В конце концов, Маша ревела мне в трубку и говорила, что любит его. Хотя, я сомневаюсь в чувствах Маврина к ней, но, тем не менее, всё может оказаться проще в сто раз…
Обман за обман. Всё взаимозаменяемо. Я тоже устраивал сцены, будто ничего не знаю про участие Маврина в этих боях. Актёрскими способностями Бог меня наделил, и выходило убедительно. Думаю, Миша сейчас тоже в шоке и не понимает происходящего… Теперь он знает, что я имею отношение ко всему этому и что на него был спор. Не хотелось, чтобы он знал правду. Ощущать себя «жалкой марионеткой» - это выше любого уважающего себя человека.
И сейчас я переживаю за друга, несмотря ни на что… Даже страшно предположить, как он закончит этот бой. И не станет ли он для него последним. Дело даже не в споре со Слепым. Видимо, Миша понял, что на него поспорили. И сделал всё назло. Назло мне.
Дальнейшее я воспринимал с трудом. Я крутил головой, пытаясь сфокусировать взгляд на разных лицах. Тут есть люди, которых я знаю. Партнёры отца, некоторые управленцы и даже представители власти. Восемь лет назад публика была беднее. И, тем не менее, Слепой зарабатывал и тогда. Сейчас он создал уникальное в своём роде место, превратив нелегальное в доступное.