- Все хорошо. Давай завтра поговорим, мне надо учить и тебе советую начать. Там заданий на три дня, не меньше.
- Ладно, пока, - наконец-то сказала Катя.
- Пока, - с нетерпением произнесла я и сбросила звонок.
Надо подумать. По крайней мере, начать ровно дышать.
Миша! Черт! Как он мог? Это же моя подруга. Хоть бы подумал немного, что мне может быть неприятно. Как они вообще встретились? Может, они уже давно общаются и смеются надо мной?
Я встала с кровати и стала ходить по комнате, наворачивая круги. И он ничего не сказал, звонил, как ни в чем не бывало. Чувствую себя дурочкой. Пару раз выдохнула, попыталась осознать, что это просто первые эмоции. Надо успокоиться, трезво поразмыслить и сделать вывод, что мне нечего переживать, и ничего страшного не произошло.
Хотя кое-что произошло. Я почувствовала разочарование в Мише. Я приписывала ему качества идеального парня, что таких не бывает просто. А он обычный парень, соответствующий подходящему стереотипу, без принципов и норм морали. Зато все встало на свои места, и эти мурашки, эйфория, сильное физическое влечение к нему – не затаенное чувство влюбленности, а обычная реакция на его талант соблазнять и природное очарование. От этого даже легче как-то. Не надо мучить себя вопросами, откуда и что у меня к нему появилось, а просто понимать, что на него так реагирует каждая девушка в радиусе метра. А я все-таки девушка. Раньше я всегда опасалась таких парней, считала ужасным попасться на их крючок. И, собственно, чего боялась, на то попалась.
Я легла поперек кровати и накрыла подушкой голову. Пролежала так ровно тридцать секунд, мне помешал звонок в домофон. А вот и он!
С неохотой я встала с кровати, подошла к входной двери и нажала на кнопочку «Опэн» без вопроса «Кто?». Я забыла переодеться. Что ж? Останусь в своей огромной футболке и домашних штанах.
Миша поднялся очень быстро, осторожно открыл дверь:
- Тук-тук, - сказал он, заходя.
Я без улыбки посмотрела на него, скрестила руки на груди и ничего не сказала.
- О-о-о, чувствую, пахнет разводом, сейчас в меня полетят мои вещи, - начал он, осторожно поглядывая на меня. - Наверное, кто-то что-то тебе уже рассказал.
Я захотела улыбнуться, но сдержалась.
- Так, стоп! Тут нет моих вещей, - он повесил куртку. - Вот первая. Сковородки, скалки в комнате спрятала?
Я все же немного улыбнулась, но быстро стала серьезной. Столько всего хотелось ему сказать, но я не могла вымолвить ни слова. Боялась, что скажу что-то и меня не остановишь. Никогда не помню себя такой. Как бы странно это не прозвучало, мне хочется его убить! За то, что он нагло улыбается, как ни в чем не бывало.
- Маш, так и будешь молчать? Мне можно пройти?
- Как у тебя это получается? – начала я. - Делать что хочешь, крутить людьми, как вздумается, и при этом не испытывать угрызения совести? – я определенно не это хотела сказать, но поток слов прорвался сам собой. Почему я на него так злюсь?
- Это вопросы? Мне тут отвечать или, может, присядем? – Миша сказал уже не шуточным тоном.
- Может, еще и приляжем? Ты ведь человек без принципов.
Я хотела провалиться за эти слова, и Мише они тоже не понравились. Он быстро и решительно направился ко мне. Я испугалась, не понимая, что он хочет сделать, и попыталась отступить, но силы на его стороне. Одной рукой он прижал меня к дверному косяку, другой рукой зажал мне рот. Я в ужасе посмотрела на него, сердце бешено заколотилось. Его взгляд ничего не выражал. Только сейчас я поняла, что знаю его только с одной стороны – веселого парня с пошлыми шуточками, а ведь он далеко не глуп и занимается достаточно агрессивным видом спорта.
- Тихо, Малыш, - шепотом произнес он. - Я не сделаю ничего плохого.
Что за Малыш? Я смотрела в его карие глаза, ожидая, когда он меня отпустит. Это, вообще, ни в какие ворота не лезет, я не хочу, чтобы он меня трогал.
- Маш, - продолжил он, убедившись, что я его внимательно слушаю. - Не надо кидаться неприятными словами и говорить то, о чем потом пожалеешь. Может, тебя что-то задело, но я с радостью все выслушаю и разберусь, когда ты расскажешь спокойно. Не будем устраивать скандал на пустом месте. Хорошо?
Я попыталась кивнуть, насколько это возможно.
- Вот и хорошо, - Миша немного расслабил руку, прижимающую меня к дверному проему, но вторую не убирал. - Прежде, чем что-то мне сказать, сходи на кухню и выпей стакан воды. Пока пьешь, подумай, что нам незачем ссориться. Хорошо? – опять спросил он.