Дальше дружеская атмосфера вернулась. Мы наконец-то добрались до еды, и пока ужинали, Миша рассказал, что Андрей умеет играть на гитаре. Еще в детстве его научила мама. На Кобейна, конечно, не тянет, но может сыграть что-то из шансона и даже спеть. Почему-то не ожидала подобного от принца. Потом мы вернулись к теме Мишиной виртуальной любви. Сказал, что не скучает по той девушке, у нее уже ребенок и она счастлива в браке. Больше он ей не интересуется.
Такое часто бывает в жизни. Больше всего мы тянемся к тем людям, которым не нужны. Мечтаем о них, строим планы, предвкушаем каждую встречу, прикосновение, а в итоге оказывается, что время пребывания с ними подошло к концу, наш лимит исчерпан и тебя просят выйти из кинозала на середине фильма. Продолжения нет. Нечего больше ждать. Остается только горечь от напрасных мыслей и фантазий.
Расставив помытую посуду на места, чтобы не нарушать гармонию этого дома, я пошла сушить утюгом одежду. Надо собираться домой. Но Миша не хотел меня отпускать.
- Может, в шахматы поиграем? – предложил он, удобно расположившись на диване, включив телевизор, и как обычно нагло ухмыляясь.
Я закатила глаза.
- Я о настоящих шахматах, - он с каждой секундой выглядит еще наглее. - А ты о чем все думаешь?
- О том, что хочу запульнуть в тебя утюгом, - вырвалось у меня.
- Горячим утюгом? Вот садистка! – он щелкал по каналам, и я увидела на экране девушку с синими волосами.
- Оставь, прикольный фильм. «Вечное сияние чистого разума» называется. Джим Кэрри в антипозитивной роли, - обожаю этот фильм, раз пять смотрела на русском и столько же на английском.
- Посмотрю, если составишь компанию. Не люблю смотреть фильмы в одиночестве, не с кем делиться комментариями.
Я выключила утюг из розетки и посмотрела на часы.
- Только если полчасика, и поеду, - я присела рядом с ним на диван.
- Отлично. У нас вечер, как у классической пожилой пары, - Миша посмотрел на меня. - Никакого секса, уютный диван и голубой экран. Дорогая, сходи, принеси мои окуляры и захвати вставную челюсть, - он изобразил старческий голос. - Положи ее на тумбочку в стакан.
Я засмеялась.
- Смотри фильм, а то не поймешь, о чем он, - я откинулась на спину дивана и зевнула.
- Давай, ты будешь переводить на английский фразы героев? – предложил он. Не знаю, зачем эму это надо?
- Давай, - это будет совсем не сложно, - I’m a little out of sorts today… - начала я.
После еще пары переведенных фраз он сказал:
- Здорово у тебя получается, я никогда так не смогу, - похвалил он меня.
- Я смотрела этот фильм на английском, - решила сбить себе цену.
- И что? Я тоже могу раз сто посмотреть, и все равно не смогу перевести на другой язык, - он заинтересованно посмотрел на экран. - Почему у героини волосы-то синие?
- Для яркости, креативности, и чтобы зритель благодаря меняющемуся цвету ее волос, разобрался в запутанной постановке сюжета, - мое мнение такое.
- Понятно, неплохой ход, - он приподнялся с дивана и выключил свет.
- Зачем? – спросила я. – Верни свет на место.
- Так лучше смотреть, как в кинотеатре, - он взглянул на меня и перевел взгляд на фильм.
Стало темно, и меня сразу потянуло в сон. Я закрыла глаза. Только зря это сделала. Мысль о том, что надо одеваться и ехать в другой район, не радовала. Тело расслабилось, не хотелось даже вставать.
- Маш, ты засыпаешь? – спросил Миша.
- Да, кажется. Надо собираться, - я с трудом открыла глаза.
- Оставайся, - шепнул он.
- Не могу, - произнесла я, разглядывая его лицо в свете мелькающего экрана. Он тоже смотрит на меня темными глазами, в таком освещении они кажутся черными, а ресницы еще длиннее. Я перевела взгляд на его губы, и ненужные мысли полезли в голову. Если бы он меня поцеловал, то какой бы это был поцелуй? Нежный, чувственный, осторожный, медленный… Или страстный, горячий, лишающий разума… Боже, о чем я думаю? Он же читает мысли! И это просто обычное человеческое любопытство, которым я могу себя оправдать.
- О чем задумалась? – после этого вопроса я почувствовала, что покраснела. Хорошо, что он не видит.