Когда официант принял заказ, я вновь вопросительно посмотрела на Назара, показывая, что пора начать разговор.
— Кто такой Джон?
— Это основное, что тебя волнует? — я приподняла бровь в недоумении.
— Ты сказала спрашивать- я спросил. — пожал он плечами и откинулся на спинку стула напуская на себя вид безразличия.
— Хорошо, — я тоже откинулась на спинку, копируя его позу. — знакомый. Сегодня утром встретились на пляже. Теперь ты. Почему ты так настроен против меня?
Назар нахмурился и сел ровнее.
— Решил, что ты глупая и продажная. Я уже говорил. Прости меня.
— Хоть и не очень понимаю, с чего ты так решил, но ок. Этот вопрос закрыт.
— Почему ты здесь? — Назар задавал вопросы и внимательно наблюдал за мной.
— Потому что мой хороший друг позвал меня отдохнуть. Нет, он конечно и свои цели преследовал- надеялся мной потенциальных невест отпугнуть- но ещё он знал, что я в этом году не смогла поехать в отпуск и работала из последних сил. Как-то так.
— Ты любишь Дамира?
— Он мне, как брат, и относится ко мне, как к сестре — ответила, четко глядя ему в глаза.
И может мне привиделось, но Назар слегка расслабился. Нас отпустило напряжение и дальше разговор тёк сам собой.
— Мы с Дамиром выросли вместе. В какие только передряги не влезали… мы с родным братом не так дружны, как с Дамиром…
— О, да! За своих он горой! Рядом с ним я чувствую себя под защитой старшего брата, хотя никогда и не знала, какого это.
— Ты одна в семье?
— Нет. Как раз старший брат есть, но мы с ним не очень близки…
— Значит, семья небольшая?
— Хм, как тебе сказать… родственников много, да только толку от этого нет.
— А от родственников должен быть толк?
— Конечно, например любовь. А если ее нет, то зачем такие родственники?
— Мы их не выбираем.
— Да, но мы решаем любить или отказаться.
— Расскажи, — попросил Назар.
А мне до сих пор тяжело было это вспоминать, но я все же заговорила.
— По маминой линии у меня много родственников. Папу я почти не знала, а вот мужское воспитание я скорее получила от дяди. У него не было своих детей, поэтому мне доставалось много любви. Когда он встретил женщину, у которой уже был ребёнок, он удочерил девочку и заботился, как о родной. И в семье была идиллия до поры…
Перед мысленным взором пролетали картинки прошлого, боль от которого до сих пор ныла в груди.
Я вздрогнула, когда ощутила на своей руке нежное прикосновение. Назар смотрел на меня с сочувствием. Он был сейчас таким тёплым… родным? Поэтому я продолжила.
— Первые ссоры начались, когда я решила уйти из школы после 9 класса. Дядя рвал и метал. Он искренне считал, что я ломаю себе жизнь и мне просто необходимо учиться до 11. Я тогда отстояла своё мнение поступать в колледж. Правда далось это мне очень непросто. Я, наверное, этого раньше не замечала, но дядя очень сильно манипулировал людьми. Возможно поэтому, когда его дочери исполнилось 18, она уехала из дома. Но все вокруг, с подачи дяди знали, что она своенравная и неблагодарная.
Картинки в голове проносились, будто все происходило лишь вчера.
— Если тебе сложно, можешь не рассказывать, — тихо произнёс Назар, который все это время ласково поглаживал большим пальцем мою ладонь.
— Нет. Никто не умер. Все в добром здравии. Почти. Но это к делу не относится. Просто мне до сих пор больно от предательства и разочарования. — я опустила голову, закрыла глаза и сделала мерный вдох, а когда подняла взгляд, снова окунулась в события того дня и начала говорить вслух.
— Арина, если ты сделаешь по-своему, на мою поддержку или поддержку семьи можешь больше не рассчитывать, — еле сдерживаясь прокричал Дима.
— Дим, да что плохого в том, что я хочу поступить на экономиста?! Я что, убила кого-то?!
— Ты убиваешь свою жизнь! Я столько вложил в тебя, чтобы вырастить человека, чтобы ты стала мне заменой на заводе! А ты, неблагодарная, все рушишь! Знай, если ты сейчас поступишь мне наперекор, не приходи ко мне больше. Нет у тебя больше родни.
— Ты так легко способен от меня отказаться? — даже слёзы просохли у меня на глазах от осознания того, что сейчас происходит. — Знаешь, Дим, от родных и любимых так не отказываются. И, если ты способен вот так просто вычеркнуть меня из своей жизни, то мне тебя очень жаль, потому что ты не знаешь, что такое любовь. Ты сейчас играешь в одни ворота, а это- путь к одиночеству.
После моей тирады Дима молчал, а я встала и просто ушла.