Голова напоминала пустое ведро. Не привык к ранним подъемам и пока тяжело было соображать.
Однако проветрившись, я все-таки ближе к семи смог собрать себя воедино и уже был достаточно бодр, чтобы возобновить построение плана, как поставить на место ботановну. А пока на место пыталась меня поставить мама, принявшись верещать, что собаке нельзя остаться, что я сошел с ума. И пора бы отцу тоже заняться моим воспитанием, потому как она одна уже не справлялась.
Но тут была загвоздка – отец далеко и вряд ли сунется в ближайшее время в наши края! А воспитывать на расстоянии – так себе идея, к тому же я давно вышел из того возраста, когда мои испугаться угроз ремнем!
– Он сожрет Беляша.
– Мам, ты за два дня так успела полюбить этого блохастого черта?
Беляш проклятый шипел, будто в него сатана вселился. Выгибал спину, демонстрировал белые клыки, стараясь напугать, наверное, меня. Потому как мой пес даже не смотрел в сторону кота, растянувшись мирно в углу под кустом фикуса.
– Он милый, – подхватив на руки дитя демона, она принялась улюлюкать и покачивать его, словно держала в этот миг младенца. – Посмотри, какой лапочка?!
– Ага, на морде написано, где он нас всех видел. Чем тебе собака не угодила вот? Я буду ухаживать за ним!
– Ухаживать? Сначала научись это делать за собой, Костя! – сурово произнесла она. – Носки по всей комнате, цветок на окне засох еще неделю назад. Я уже молчу о куче штрафов!
– Носки уберу, – хотя проще выкинуть, так я подумал про себя, но не озвучил, – цветок реанимирую. Штрафы… заплачу.
Если, конечно, найду деньги. Отец тачку подарил, а подкинуть деньжат запамятовал.
– Нет, – была она категорична! – Прекращай. Тебе не двенадцать. Твои ровесники уже…
– Что? Мои ровесники также прожигают жизнь, добившись немало.
– Я думала, спорт дисциплина. А в твоем случае, – отчеканила она, – незаметно. Надо будет с Мишей поговорить, чтобы больше тебя гонял.
– Спасибо, мам! Ты еще отцу нажалуйся и предложи меня забрать… – выдал и, развернувшись, ушел.
Откуда мне знать-то было, что вселенная услышит? Или мать наконец-то решится нарушить молчание, переступит через гордость и с отцом, действительно, поговорит, а не просто наорет, как всегда.
Я, честно говоря, не собирался что-то сильно менять в своей жизни. Меня все устраивало. И тренировки, и тусовки. Я совмещал, кстати, считая, что удачно.
Может, учеба изредка хромала, но с кем не бывает! Зато в другом преуспевал. Мест в медальнице не хватало, титулы были, что еще требовалось-то?
Но все от меня чего-то хотели. Мать – послушания, преподы – посещения, даже проклятая заучка – требовала, чтобы отвалил! А я не собирался подчиняться. Никому.
В такие моменты внутри все бунтовало, адреналин требовал выплеска и, наверное, если бы не тренировки сошел бы с ума!
– Посиди здесь, хорошо? – обратился к собаке, так и не придумав ему имя. – Я недолго.
Приоткрыл окно, поставив тачку в тень под раскидистой ивой. На пассажирское поставил ему плошку с водой, ни грамма не жалея авто.
Еще неделю назад бы психовать начал, если бы кто-то решил в моей красотке поесть или попить. А сейчас… Может, правда заболел?!
– Привет, Груздев! – дал мне пять Мишка. – Ты чего-то рано, снов прогуливаешь? Матушка плешь проест!
– Не начинай ты хотя бы! – вздохнул, проходя в раздевалку.
Пацанов не было, наверняка в универе штаны просиживали. Только подумал об этом, как увидел входящий звонок из дома.
Проклятье! Не хотел говорить, но все же ответил, пока мама не подняла на уши всех.
– Костя, не задерживайся сегодня!
– Почему? – насторожился, как чувствовал – засада!
– К нам на ужин придет моя подруга. Хочу познакомить тебя с ее дочкой. Пора браться за ум.
– Мам, ты решила стать свахой? – недовольно произнес, ощущая, как внутри просыпался вулкан.
– Я не виновата, если ты никак не желаешь становиться взрослым.
– Мне неинтересны дочки твоих лучших подруг, – отбрасывая в сторону кроссовок, прорычал в трубку.