— Привет, Рэнди! — К столику Рэнди торопилась Сара Пиплс, репортер из отдела новостей кино. Колонка Сары выходила каждую пятницу и размещалась в разделе горячих новостей. Высокая женщина с крупными чертами лица, копной светлых волос и страстью к дорогой одежде и дешевенькой бижутерии, Сара проводила все свое время в кинотеатрах. Она не мыслила жизни без кино, знаменитостей Голливуда — и его спецэффектов. Сегодня она была в высоких сапогах с длинными острыми мысами и серебряными стразами, серой кофточке с чересчур открытым вырезом и черной юбке. Длинный пояс скорее походил на поводок для собаки типа ротвейлера, а разрез на юбке при ходьбе открывал не очень тонкие ножки. — Я уже начала думать, что никогда больше не увижу тебя.
— Может же иногда человек отдохнуть, — бодро ответила Рэнди.
— Аминь. И где же ты была?
— В Монтане у братьев.
— Ага, новая прическа. Модная.
— Да больше необходимость, чем мода.
— Однако она тебе идет. Коротенькая и соблазнительная. — Сара поднимала и опускала глаза, осматривая ее, как новую мебель. — Ты отлично выглядишь. Как малыш?
— Превосходно.
— И когда же я смогу на него полюбоваться?
— Скоро, — коротко ответила Рэнди. Чем меньше разговоров о Джошуа, тем лучше. — Как тут дела без меня?
Сара выпучила глаза, когда увидела наконец кипу бумаг на столе Рэнди.
— Да все по-старому, все по-старому. Я уже отсидела всю задницу… пересмотрела чуть ли не все фильмы-претенденты на «Оскар».
— Звучит удручающе, — согласилась Рэнди.
— Да уж, ты недалека от истины: хотя это не такая уж интеллектуальная работа, за нее неплохо платят.
— Ничего интересного не случилось тут за последнее время? — как можно равнодушней спросила Рэнди.
— Тут каждый день со всеми все случается.
Сама знаешь.
— Да.
Сара подняла стеклянный шарик-пресс и стала подбрасывать его в руках.
— Итак, ты вернулась. Когда принесешь показать нам своего малыша? — Сара расплылась в искренней улыбке. Она была замужем уже три года и отчаянно желала родить ребенка.
Ее муж, однако, постоянно был занят на серьезных проектах, что затрудняло осуществление этого желания. Рэнди сильно подозревала, что желанное событие так никогда и не произойдет.
— Когда все немного успокоится, — добродушно ответила она подруге. — Должны же мы с ним хоть немного привыкнуть к новой жизни.
— Ммм… а фотографии?
— Да у меня полно их дома. Но пока они лежат нераспакованные. Принесу в следующий раз, обещаю, — сказала она, откинувшись в кресле. — Лучше расскажи мне, что тут творится в последнее время. Введи, так сказать, в курс дела.
А Саре того и надо было. Она тут же разболтала все — от сплетен про дирекцию до изменений в отделе менеджмента. Наконец она произнесла:
— В город вернулся Патерно.
Рэнди крепко сжала зубы.
— Правда?
Сорокапятилетний внештатный фотограф, дважды разведенный мужчина с лицом, похожим на морду охотничьей собаки, подкатывал к Рэнди несколько лет назад, и некоторое время они даже встречались. У него уже тогда начинали седеть волосы, а неизменное чувство юмора резало слух почище бритвы. Однако, несмотря на их встречи, крепкие отношения так и не сложились. Кажется, главной причиной было все же отсутствие с обеих сторон желания связывать себя узами брака. Впрочем, и влюблены-то они по-настоящему не были.
— И он спрашивал о тебе. — Сара положила стеклянный шар на место. — Знаешь, мне кажется, пока у тебя никого нет, ты вполне могла бы опять закрутить с ним роман.
Рэнди, вздохнув, покачала головой:
— Вряд ли.
Зазвонил телефон Сары.
— Ой. Кажется, труба зовет. — Сара посмотрела на экранчик телефона. — Только что привезли новые фильмы.
Отлично, подумала про себя Рэнди. Кажется, у нее не будет ни одного свободного дня. Она повернулась к компьютеру.
И первым пунктом в списке важных и серьезных дел стоял поиск информации о Курте Страйкере.
— ..все правильно. Все трое вернулись в Сиэтл… — говорил Эрик Браун. — Каковы шансы?
Клэнтон живет тут, но вот остальные — нет. У Патерно по крайней мере здесь есть жилье, а вот у Донахью нет.
Страйкеру это ох как не понравилось.
— Патерно прибыл три дня назад, а Донахью только вчера.
Как раз за несколько часов до возвращения Рэнди.
— Случайность, совпадение? — прошептал Страйкер, не веря ни на минуту в свое же собственное предположение. Он стоял на тротуаре рядом со зданием, в котором располагалась редакция «Кларион».
На другом конце провода послышался смех.