Я не могла ничего услышать. Я слышала, как двигалась кровать, значит, он был в ней. Мне показалось, что я услышала его стон, но я не была уверена.
Было соблазнительно присоединиться к нему, но мне нужно было это сделать, дать ему возможность попробовать все самому. Сама мысль о том, что я бы хотела во всем это поучавствовать напугала меня, но если бы это просто игры ограниченные спальней, было бы не так страшно это принято, а теперь это был моя жизнь, мой муж был собакой, которой я руководила, и мне было очень противно. Не верю, что я так долго продержусь, но я так сильно любила своего мужа, что осознание того, что я его потеряю, ломали меня и толкали в мир доминанта.
Ему нужно было это сделать.
Он хотел, чтобы я стала его госпожой. Это означало, что мне нужно было научиться держать себя в руках, когда я давала ему команду. Это было частью всего этого, верно?
Я заставила себя вернуться на диван, и через тридцать минут после того, как я услышала, как закрылась дверь, дверь нашей спальни открылась.
Он покраснел, ухмылялся от уха до уха, а его волосы выглядели так, будто он прошел через аэродинамическую трубу.
Будь я проклята. Андрей был прав.
"Ну как?" спросила я.
Он кивнул, откинулся на спинку дивана и поцеловал меня. "Вау!"
Я пыталась быть спокойной, но знала, что сильно отклонилась в сторону любопытства. "Так ты знаешь, как ими пользоваться?"
Он охотно кивнул.
Я имею в виду, как вести такой разговор с любимым мужчиной? Скажешь ли ты: "Эй, милый, каково это - иметь затычку в заднице?".
Каков этикет в подобной ситуации?
Что вообще теперь творится в нашей семье?
Глава 6. Артем
Черт возьми, это было великолепно! Поначалу я нервничал, мои глаза выпучились, когда я посмотрел на веб-страницу, которую она открыла.
Я мог только догадываться, что было в пакете.
Я не подглядывал. Госпожа приказала мне не смотреть, вот я и не смотрел.
Самое сложное было не кончить. Блядь! Сначала было некомфортно, чужое ощущение, но когда я расслабился... черт возьми!
Мне никогда в жизни не было так тяжело.
Я не мог поверить, что она согласилась на это.
И я отчаянно любил ее за это.
Я не осмеливался прикоснуться к своему члену. Я знал, что если я это сделаю, то буду надрачивать себя и ни за что не кончу.
Я не хотел разочаровывать Госпожу.
Мою госпожу.
Я знал, что это не может быть легко для нее, но... черт возьми. Я никогда в жизни так не возбуждался, как сейчас, когда лежал здесь, работая маленькой затычкой внутри себя. Я хотел выйти в гостиную и упасть перед ней на колени.
Но это был не мой приказ.
Через несколько минут я набрался смелости и попробовал среднюю.
Вот это да!
Я корчился на кровати, стараясь повиноваться госпоже. Господи, как же мне хотелось погладить свой член. Единственное, что могло бы сделать это лучше...
Я замер, когда в голове промелькнул сайт, который я просматривал перед ее возвращением домой. Пойдет ли она на это?
Мой член запульсировал от этой мысли.
Наглядное доказательство того, что я принадлежу ей. Я так хотел этого. Что это говорило обо мне? Что я чертовый больной ублюдок, толкающий самую любимую мне женщину в объятья разврата, против ее воли и желания.
Я хотел чтобы она надела на меня ошейник, для моей полной покорности.
Мне не нужен был дешевый ошейник из зоомагазина. Мне нужен был настоящий, толстый и закрывающийся, что-то, обозначающее, что я принадлежу ей.
Я попыталась выкинуть это видение из своей глупой головы, потому что оно не помогало мне подчиняться моей госпоже. Оно только возбуждало меня еще больше.
Я перевернулся на живот и попытался закончить вводить среднюю затычку.
Ошибка.
Я застыл на кровати, желая, чтобы мой член стал мягче. Я не подумал о том, как он будет тереться о кровать.
Наконец я вставил пробку до конца и снова перевернулся.
Мой член стоял прямо в воздухе. Я не проводил так много времени в напряжении со времен средней школы., когда предвкушал свой первый раз.
Мне пришлось сделать несколько перерывов, держа себя совершенно неподвижно, потому что мне казалось, что я могу кончить, если хорошенько подумаю об этом.
Это были самые долгие и, возможно, лучшие тридцать минут в моей жизни. Когда я, наконец, с неохотой вынул затычку и отнес все в ванную, чтобы привести себя в порядок, я позволил себе еще одну фантазию, представляя, каково это будет, когда она будет трахать мою задницу не прирученной затычкой, а большим страпоном.