— Поняла, иду, — отзываюсь и киваю.
— А я пока здесь буду руководить, а ты иди. Если Ярик увидит, что я в такой день работаю и занимаюсь цветами, то будет ругаться, — поджимает губы, ещё даже не догадываясь, что я оставлять её на кухне не собираюсь.
— Ага, — киваю и, оскалившись в улыбке, толкаю её в сторону выхода.
— Снежана!
— Иди! Брысь с работы! Отдыхай!
К моему счастью, на пороге появляется Павел Денисович Сабуров, наш с Любой непосредственный начальник и по совместительству лучший друг будущего мужа моей Любы.
И уж он точно не даст нашей карьеристке даже думать о работе.
— Павел Денисович, увольте её на сегодня, — прошу его. — Она работать мне не даёт. Платье хочет себе испортить дизайнерское. Поругайте её!
— Любовь, чтобы я больше тебя на кухне не видел, — прищуривается мужчина. — Иначе уволю.
— Это кухня моего мужа. Где хочу, там и хожу, — бросает она ему, скрестив руки на груди. — Хотите — увольняйте!
— А я сейчас мужу твоему скажу, и тогда и пикнуть не сможешь, — пугает он её с улыбкой.
— Сговорились, — рычит она на нас, но кухню всё же покидает.
— Павел Денисович, я всё проконтролировала. Всё идёт хорошо, никаких проблем, — говорю начальнику, всё ещё надеясь на повышение.
— Там цветы приехали, — оповещает он меня. — Надо принять и сказать официантам их расставить.
— Я мигом!
— Переобуйся, — кивает он на мои туфельки на шпильке. — Там скользко у парковки. Можешь упасть.
— Ой, да ладно! Я аккуратно! — кидаю, взмахнув рукой, и бегу принимать цветы.
Их должны были ещё три часа назад доставить, но водитель попался ужасно непунктуальный. И поэтому всё приходится делать впопыхах, когда уже первые гости начинают приезжать.
— Почему так долго? — спрашиваю мужчину, разглядывая его бланки и сверяя накладные. — У нас была договорённость на семь утра. Вы приехали, — поднимаю руку, глядя на часы, — без двадцати одиннадцать. Вы срываете сроки! Я буду звонить вашему начальству и требовать вашего увольнения.
— Ну а что я могу сделать? — безразлично бросает водитель и хочет закурить, но я грубо отбираю у него сигарету и каблуком её давлю.
— У нас не курят!
— Стерва!
— Хам! — кидаю ему и подписываю документы, оборачиваясь к двум официантам, которых с собой взяла. — Это надо в дом занести и дальше передать девочкам, чтобы красиво на столах расставили.
— Всё сделаем, Снеж, — отзываются мои же коллеги и берут первые связки с розами и подснежниками. Я же остаюсь их ждать, но выйти на улицу без пальто было всё же ошибкой.
Замёрзла я уже через несколько минут, начав дрожать, как листочек на ветру.
Понимаю, что могу заболеть, если простою ещё хотя бы несколько минут, и решаю взять одну связку с цветами и отнести её в помещение, а заодно и взять пальто.
Опускаюсь за нежными и прекрасными подснежниками и беру самую лёгкую связку. Аккуратно иду по тропинке, но, судя по всему, Павел Денисович всё же накаркал, потому что в какой-то момент моя правая нога едет в сторону, и я поскальзываюсь, улетая с подснежниками в рядом стоящий сугроб.
Цветы разлетаются в разные стороны, а я остаюсь лежать вниз головой в высокой куче снега, через которую перевалилась. И самое ужасное в этой ситуации то, что на мне свободная юбка, которая сейчас ничего совершенно не прикрывает.
— Какие прекрасные подснежники у нас в белой юбочке, — сбывается мой самый большой страх.
Да что ж такое!
Евгений
Хватаю девушку за талию и ставлю лёгкую, как пушинка, малышку туда, где она точно больше не поскользнётся.
Но рук не убираю, даже когда убеждаюсь, что стоит она на ногах устойчиво и падать больше не собирается.
— С-спасибо, — отзывается она, обескураживая чистой наивностью и чистотой в глазах. — Вы можете уже меня отпустить. Я уже стою нормально, — говорит, пронзая ангельским голоском, который ласкает слух.
— Не хочу, — отвечаю и ловким движением обвиваю её талию. Заглядываю в её глаза и тяну на себя.
— Эй! Отпустите меня, — выпускает она коготки, которыми в мою руку вонзается. — Я кричать буду! Отпустите! Что вы делаете? Немедленно уберите свои руки!
И я выполняю её просьбу, сделав шаг назад.
Отчего-то не хочется её пугать.
— Что в сугробе делала, Подснежник? — хмыкаю, глядя на её бейджик с именем “Снежана”. — Надеялась ещё вырасти?
— Нет! — восклицает она и одежду на себе поправляет. — Я просто поскользнулась и полетела. Вы же сами видели, наверное, — жалуется она, но замирает в тот момент, когда я хватаю её за локоть, чтобы элементарно не дать вновь упасть.