— Хуже. Мой водитель тебя отвезёт, — вздыхает, и я, кивнув, направляюсь в сторону комнаты, где все мои вещи.
Только пес уже взял след и мне никуда не деться…
И бежать поздно…
— И куда же мы собрались, дорогой Подснежник? — пугает меня голос в дверях, но я, даже не глядя на неожиданного гостя, понимаю, кто он. — Покидаем бал, словно Золушка? Как грустно складывается ваша сказка, Снежана.
— Гостям нельзя сюда, — важно заявляю, развернувшись и указав на табличку. — Серовы выделили это помещение для официантов.
Точнее, это сделала невеста, которая работает в нашей сфере и прекрасно понимает, как порой даже официантам нужен тихий отдых несколько минут.
Мы когда громкие мероприятия обслуживаем и то и дело у динамиков проходим, после несколько дней с головной болью мучаемся. А с моей предрасположенностью к мигреням вообще невозможно несколько дней не только работать, но и спать.
— А кто мне запретит? Наругают? Накажут? Или что? — фыркает он со смеху. — Подснежник, скажи, а у тебя когда-нибудь были мужчины? — шокирует и стопорит меня всего одним непонятным, неожиданным и жутко неприличным вопросом.
— Какая разница?! — оборачиваюсь к нему с возмущённым взглядом. — Вы не имеете права такое спрашивать у девушки. Это некрасиво!
— Если спрашиваю, то есть, — совсем не чувствует вины и стеснения.
— Неприличный вопрос, и я не собираюсь на него отвечать!
— Значит, не было, — хмыкает, делая свои выводы. И самое ужасное, что они правдивые.
— С чего вы решили? — скрещиваю руки на груди, с вызовом оглядев мужчину, одетого с иголочки. Таких в журнале печатают, рекламируя что-то, а этот что-то забыл в моём мирке и в моей каморке.
— Сопоставил некоторые факты, — проходит он в подсобку. — Снежана, у меня к тебе деловое, серьёзное предложение.
— Мне неинтересно, — заявляю ему.
— Но ты выслушай.
— Не собираюсь, — пытаюсь мимо него протиснуться в дверном проёме, но он зажимает меня собой.
— Моей будешь, Подснежник, — хмыкает, скользнув по мне взглядом. — Понравилась ты мне. Хочу с тобой дело одно провернуть.
То есть затащить меня к себе в кровать уже называется “дело провернуть”? Пусть сам себе проворачивает всё или другую глупышку найдёт.
— Мечтайте больше, — ухмыляюсь и прохожу, оставляя мужчину с носом.
Ненавижу таких самоуверенных в себе людей. Всё, что они могут, это унижать кого-то, принуждать к чему-то, обижать и самоутверждаться на чужом фоне.
Я таких мужчин уже не один раз в своей жизни встречала.
Когда папа бросил нас с мамой и ушёл к другой семье, мама долго не горевала и стала искать своё новое счастье. У меня менялся один отчим за другим, и все они были “не айс”. Били маму, кричали на неё и даже унижали. Некоторые любили маму, но обижали меня. А были те, кто был готов любить нас обеих, и совсем не в том мирном ключе, который полагается в нормальном мире.
Я не люблю мужчин. Я боюсь их. Я хочу быть сильнее них. Не зависеть никогда от мужчин, как моя мама. Самой решать, где и что я хочу делать. Хочу достойную любовь, которой почти что нет.
Да и смысл мне с кем-то быть, когда мужчины так ужасны в своём проявлении? Нормальные встречаются крайне редко. Любе повезло. Наш начальник ничего такой, но он явно кем-то занят, иначе давно бы клюнул на какую-то из наших официанток, что намеренно перед ним хвостом крутят.
После смены в ресторане еду в свою маленькую квартирку, которая единственная осталась мне и маме после их с папой развода. Она уже вся разваливается и ломается, но к жизни пригодна. Скоро я сделаю хороший ремонт. Деньги уже коплю. И заживу в своё удовольствие. По крайней мере, я так хочу думать.
Мне этот ремонт не поможет, я знаю. Я тону в собственной зависти к миру. Слабой, но все же зависти к Любе и Ярославу. Подруга счастлива. Нашла свою любовь. Нормального мужчину. А мне всё никак не везёт.
Кого ни встречу, сразу в койку хотят затащить. Им плевать, кто я. Главное — потребности свои удовлетворить.
А я хочу неземной любви. Как в сказке.
Только это реальная жизнь, а не книга со счастливым концом. Принцев и королей здесь нет.
— Снеж, ты дома? — спрашивает госпожа Серова, как только я трубку поднимаю.
— Ага, — отзываюсь.
— В общем, мне Павел Денисович всё рассказал, — начинает она, гневно сопя. — Мне так жаль, что ты не осталась. Надо было мне или Ярославу сказать. Мы бы тебе кого-нибудь выделили для сопровождения и охраны от этого маньяка. Ну правда маньяк! Или со мной бы рядом стояла. Я бы тебя в обиду не дала, а так весь праздник из-за него пропустила! Аж обидно! Лучше бы он не приходил, и плевать, что у него там что-то с Ярославом.
— Да ладно, — вздыхаю. — Я в кресле босса посидела. Мне понравилось, — пытаюсь её подбодрить.