— Прекрасно, — восклицаю и иду за ним, пока он, потеряв стыд, ходит по моему дому в поисках кухни и ничего не стесняется.
Я же иду за ним, в который раз убеждаясь, что наши миры несовместимы. Один его пиджак стоит дороже, чем вся мебель в моём доме.
В спальне я уже сделала что-то похожее на приличное жилище. Выровняла стены, покрыла декоративной штукатуркой, покрасила. Купила новый шкаф и кровать с тумбами.
Но остальное оставляет желать лучшего. В особенности коридор. Тут всё вот-вот рухнет, если хорошенько чихнуть.
— Сделай мне кофе, Снежана, — командует мужчина, как у себя дома.
— У меня только в пакетиках. И без молока.
— Сойдёт, — хмыкает. — Даже в элитных ресторанах иногда подают это пойло, выдавая его за эксклюзивное.
— Могу сварить, — закатываю глаза, сдаваясь.
Тянусь к шкафу с кофеваркой. Обычно мне по утрам не хватает времени на варку кофе. Легче растворимый кипятком залить.
— Умеешь? — спрашивает он меня.
— Отчим заставлял, — произношу, накрыв рукой небольшой шрам, оставшийся от ожога, который мне сделал мужчина моей матери, когда я плохо приготовила для него завтрак и кофе переварила.
— Значит, вкусно варишь, — делает он свой вывод и садится на табурет.
Достаю кофе в зёрнах, кофемолку и принимаюсь за дело. Перемолотый кофе высыпаю в кофеварку. Беру нижний ярус чаши, предназначенный для воды, и иду к крану под пристальным взглядом Королева.
Тянусь к выключателю и подставляю чашу, когда кран резко срывается, и вода фонтаном начинает бить во все стороны.
— Ай! — восклицаю, но не успеваю и сообразить, когда меня отодвигают в сторону и лезут под кран, перекрывая воду. Не сразу соображаю, что это делает Королёв.
— Испугалась? — выпрямляется и оборачивается ко мне, обеспокоенно оглядев меня.
— Нет. Нет, — повторяю, продолжая стоять с чашей в руках. — Оно… давно грозилось.
— Вижу, тут всё грозится, — оглядывается он вокруг. — Вызывай сантехника. Я воду перекрыл, но по сантехнике ничего не понимаю. Не помогу. Могу только кран новый купить.
— Я сама, — вздыхаю, взглянув на пол и застонав.
Сейчас соседка снизу явится и опять с меня деньги потребует. А я ещё за потоп в ванной полностью с ней не рассчиталась.
Ну почему в этой квартире всё на ладан дышит?
— Уходи, — поднимаю на него взгляд. — Уходи. Видишь, у меня дела есть, — говорю, с трудом удерживаясь от того, чтобы не зареветь.
Устала! Безумно устала!
У меня нет сил!
— Я могу помочь.
— Помочь? А потом будешь требовать плату за свои услуги? Извините, но не надо! — толкаю его на выход. — Знаю я таких, как вы! Мужчины! Собственники! Избалованные маменькины сынки! — открываю входную дверь и толкаю его на выход, а следом обувь кидаю. — Я вам не игрушка, господин дьявольский адвокат! Найдите себе другую куклу! Мне и без вас фигово! — закрываю дверь и иду в спальню.
Падаю перед тумбой на колени и ищу свою шкатулку с украшениями, которые крала из маминого ящичка, чтобы она не променяла их на развитие ее очередного нарцисса.
Пора! Продам их и сделаю ремонт! А потом выкуплю бабушкины украшения обратно. Украшения, которые должны были достаться мне.
Сделаю ремонт! Приведу всё в человеческий вид!
Несколько дней втайне от всех и даже от управляющей нашим рестораном, то есть моей подруги Любы, я живу в рабочей подсобке, где хранятся скатерти, полотенца и салфетки.
Сюда мало кто заглядывает, кроме старшего официанта, то есть меня. Всю свою одежду я храню в нише маленького диванчика. Моюсь и привожу себя в порядок в душевой бассейна в пяти минутах ходьбы от ресторана. Час пребывания в нем стоит сущие копейки, особенно ранним утром и поздним вечером.
Я никогда никому не жаловалась на свои проблемы и в этот раз не собиралась. Я со всем справлюсь сама. Я долго создавала вокруг себя образ беззаботной девчонки. Он безопасен и не травмирует никого, особенно меня.
И все же один человек знает о моих проблемах. Тот самый, что приходит каждый день в наш ресторан за чашечкой кофе по утрам. Выпивает её за дальним столиком в углу, не сводя с меня взгляда. А после расплачивается и просто уходит, не говоря мне ничего.
Но не в этот раз.
— Счёт, — опускаю книгу перед ним и разворачиваюсь, чтобы уйти.
Я знаю, что он заплатит. Он всегда платит и оставляет хорошие чаевые. Заказывает один и тот же вид кофе и сидит ровно двадцать три минуты.