-Нет. У Али все в порядке. Спасибо тебе.
-А что случилось? –осторожно поглаживал ее по спине, а она не отстранялась.
-Я.. просто… с мамой говорила, -рассказывать ей не хотелось, но теперь уже мне было важно абсолютно все, что связано с этой девушкой.
-А что с мамой? Почему ты так расстроилась?
Она глубоко вздохнула и замотала головой, но ответ я все же получил.
-Всё сложно. Она меня любит, но… кажется ей с самой собой сложно, уж что говорить об окружающих, -как-то горько произнесла она.
Малоинформативный ответ, но из него я понял, что все живы и здоровы. А вот с настроением срочно нужно было что-то делать.
-Так, Птичка, я допытываться не буду. Захочешь –сама расскажешь, ладно? А сейчас, давай, вставай и иди умываться. Мы с тобой идем гулять. Здесь недалеко есть лесное озеро, вот туда, на разведку, мы и отправимся!
Вариантов я ей не оставил, поэтому она безропотно выполнила все мои указания.
Вот только ее смеха за день я так и не услышал. Да, что же такого она могла услышать от матери, что так расстроилась?! В моей голове это не укладывалось.
А еще разум отказывался принимать действительность, где Птичка молчаливая и задумчивая, а на все мои попытки ее встряхнуть или развеселить, вымучено улыбается.
Ужин тоже проходил в молчании, после чего она встала и также молча стала убирать со стола. Я ее не останавливал. Просто сделал нам два чая на травах и усадил ее в кресло на веранде, где ночью сидел я, предварительно завернув ее в плед. Сам расположился в соседнем кресле.
Так в тишине мы и сидели, слушая сверчков.
-Моя мама всю жизнь отдавала себя другим. Заботилась о братьях, помогала бабушке с дедушкой, своей маме… потом, когда родилась я, тоже тащила все на себе: дом, ребенок, огород, две работы… папа от нас ушел, -она так неожиданно заговорила, что я слегка опешил, но поспешил прислушаться к ее тихому рассказу. Я хотел понять эту девушку. –Сейчас она осталась, практически одна. Ее родители умерли, папа ушел, я переехала, подруг нет… Я чувствую свою вину, за то что уехала от нее.
-Но у тебя на это были причины… -помог продолжить я.
-Да, -кивнула, -я не могла оставаться рядом. Она душит своей опекой. Она до сих пор говорит, что и как мне говорить… это… сложно.
-Почему ты ей прямо не скажешь об этом?
Ее губ коснулась усмешка.
-Говорила, а толку? Поэтому и переехала. Хотела самостоятельности. Сейчас мы созваниваемся пару раз в неделю, но за эти редкие звонки часто доводим друг друга до слез. Она скучает, ей одиноко. Я редко к ней езжу.
-А что расстраивает тебя?
-Мне стыдно, что я не хочу быть рядом с ней и заставляю тем самым чувствовать это одиночество, -почти на шепот перешла Лия.
Мда, ситуация неприятная, но не смертельная, вроде. Хотя Птичка очень чувствительная к другим и, возможно воспринимает все это гораздо ближе к сердцу.
-Сегодня был такой случай?
-Нет, -замотала головой из стороны в сторону. –Сегодня накипело. Сегодня я узнала, что то, что она говорит мне, это не просто эмоции, а реальность.
-Объяснишь? –ничего не понял я.
Птичка тяжело вздохнула и вновь заговорила.
-Она вновь начала жаловаться, что я ее забыла, а она столько сделала для меня. Мол, умрет, а я и не узнаю… Я думала. Что это просто слова, на самом деле она так не думает, она же знает, что я работаю, часто бываю занята… просто эмоции… А потом, она начала подозревать меня в ветрености, сказала, что она мешает мне вертеть хвостом, поэтому я уехала… Начала плакать и обвинять неблагодарности… А я просто пыталась объяснить ей, что я не… что у меня своя жизнь… И так обидно стало, что не могу рассказать ей, как мне было плохо, что я пережила… Она мой самый близкий человек, но она не поймет…
Лия уже вновь рыдала, зарывшись в плед. Поэтому я попытался успокоить ее. Опустился на колено возле ее кресла и обнял, расположив ее голову у себя на плече. Футболка быстро стала мокрой, но я все сидел и гладил свою Птичку по голове.
-Лия, детка, не плачь. Всё будет хорошо.
-Я трубку бросила. А она там плакать начала. Я теперь переживаю, -новый поток слёз пролился из ее глаз. –Я ужасная дочь!
-Это не так, милая. Ты совсем не ужасна. Я вижу, как ты сопереживаешь людям. И вижу, что мать ты любишь. Слышишь? -приподнял ее лицо и легко провел по ее шмыгающему носу.
И не удержался. Совсем немного, нежно прикоснулся к ее губам. А она не отстранилась, хоть и не ответила. Но это дало мне новую надежду, поэтому я продолжил свое наступление и углубил поцелуй.