— Я поеду домой, — честно отвечаю ему, и в этот момент за столик возвращается подружка Картера. Очень «вовремя».
— Соскучилась по своей мамочке? — Лёгкая улыбка сходит с моего лица, стоит ему договорить все до конца. Руки сами сжимаются в кулаки. Воздуха становится мало.
— Я, наверное, пойду, — скованно бросаю ему свой ответ, но Ник не намерен останавливаться.
— Эй, а где же колкости и твои саркастические ответы? А? — смеется Картер, продолжая нагнетать. — Или при своей мамаше ты становишься тихоней?
Опускаю голову, глядя себе под ноги, чувствуя себя сейчас такой уязвимой. Я смогу себя сдержать. Я контролирую свои эмоции. Кажется, будто стены начинают давить на меня. Внимание рассредоточивается. Сердце начинает бешено стучать в груди.
— Ты не знаешь, о чем говоришь, — отвечаю ему, но он будто не слышит меня.
— Что? Ты злишься? — Он ещё больше подливает масла в огонь. Не понимаю, почему я до сих продолжаю здесь стоять. Нужно уйти. Как можно скорее.
— Ник, остановись, — предостерегаю его, но мы будто говорим с ним на разных языках.
— Или ты хочешь вылить на меня этот дивный фреш? Как раз в твоём стиле. Слишком предсказуемо. — Его подружка хихикает после каждой фразы, и это ещё больше пробуждает во мне ярость. На него. На нее. На всех.
— Замолчи, — прошу его, закрыв глаза, пытаясь сосчитать до десяти. У меня все получится. Я смогу.
— В чем дело? — ухмыляется Картер. Нет, я не сорвусь. — Что, твоей мамочке не понравится, если ты так будешь себя вести? Или…
— Да, замолчи же ты наконец! Хватит! Остановись! — Я выкрикиваю эти слова так громко, что под конец мой голос срывается.
Смотрю на Картера обезумевшим взглядом. Тяжело дышу, ненавидя себя за то, что сейчас испытываю. Я хочу заплакать. Рыдать, что есть силы. Глаза уже наполнились слезами, но я не могу…не могу показать, насколько я слаба. Нет…
Только сейчас замечаю в своей руке стакан с этим ненавистным фрешем, которым я уже успела замахнуться, но так и не довести дело до конца.
В кафе стало так тихо. Ни единого звука и шороха. Все уставились на меня. Я чувствую, как щеки наливаются румянцем. Стыд поглощает меня. Испуганно смотрю по сторонам. Хочется провалиться сквозь землю, только бы не видеть всего этого.
— Боже, — шепотом произношу, закрыв глаза, понимая, что я сорвалась.
Быстро ставлю стакан на стол и убегаю из зала, как можно скорее. Прячусь в подсобке, где меня сейчас вряд ли кто-то будет искать. Хочется оказаться подальше от всех. Стереть из памяти то, из-за чего я могу потерять над собой контроль.
— Эй, — Дейзи приходит ко мне через пару минут. Сидя на полу, обхватив колени руками, пытаюсь восстановить в себе душевное равновесие. Но это не так то просто. — Ты в порядке?
— Уже да, кажется, — отвечаю ей, продолжая смотреть в одну точку. — Картер ушел?
— Да, — вздыхает девушка. — Попросил записать все на счёт своего отца и ушел. Что он сделал?
Вспомнив ещё раз его слова, делаю глубокий вдох. Спокойно, все позади.
— Он…задел за живое. Перешел черту. Это…это болезненная для меня тема.
— Сиенна, ты можешь со мной всем делиться, — искренне говорит Дейзи, и взглянув в ее глаза, я ещё раз в этом убеждаюсь. У меня никогда не было настоящих друзей, с которыми я могла бы поделиться абсолютно всем. Я никого не подпускала к себе слишком близко. Никогда.
— В моей жизни всегда все слишком сложно. Столько границ, столько рамок, которые я сама себе придумала. Не знаю, кем бы я была без них. Была ли бы я вообще.
— Все будет хорошо, Сиенна. Я всегда готова тебе помочь. У всех есть свои скелеты в шкафу, и это нормально.
— Спасибо тебе, Дейзи. Знаешь, искренность сейчас такая редкость. Я рада, что она есть в тебе. Очень рада.
Стоит мне упасть на кровать после выматывающей смены, как я тут же проваливаюсь в сон. Очередной кошмар, который я уже не могу остановить.
Вот я захожу в просторную гостиную. Здесь все кажется таким родным. Я знаю здесь каждую деталь. Каждую мелочь.
— Эрин, я так больше не могу, — слышу мамин голос рядом с собой. — Я так устала от этого.
Мама садится на диван, покачиваясь из стороны в сторону. Она такая грустная, несчастная. Хочу подойти и обнять ее, чтобы она почувствовала хотя бы капельку моей любви. Она ведь знает, как сильно я ее люблю.
— Он сошел с ума, — продолжает она говорить по телефону, и в глубине души я прекрасно понимаю, о ком идёт речь. — Мне так страшно, но ты же понимаешь, мне нигде от него не спрятаться.