— Я думаю, твоя мама никогда не переставала любить тебя. По крайней мере, ты можешь увидеть ее, услышать ее голос, обнять и сказать все то, что держишь глубоко внутри.
— Она пыталась всеми силами наладить со мной отношения и ей частично это удалось. Но я до сих пор не могу простить ей того, что она тогда так просто ушла, ничего мне не сказав. Да, я был ребенком, но понимал гораздо больше, чем она думала. Я все видел, все слышал, только никто этого не замечал.
Ник задумчиво бросает взгляд в сторону, и сейчас я действительно вижу, что теперь он настоящий. Без всех прикрас.
— Ты первая, кому я все это рассказываю. Это чистая правда.
Глядя ему в глаза, понимаю, что еще не готова рассказать ему о том, что пережила я. Наверное, я боюсь, что он начнет меня жалеть, потому что это последнее, чего я хочу.
— Знаешь, у меня была похожая история, только ее конец был совсем другим.
— Когда-нибудь ты обязательно мне об этом расскажешь, ведь так? — спрашивает он с надеждой, но я не уверена, что настал именно тот момент.
— Да…когда-нибудь…
Глава 26
Открываю глаза, медленно пробуждаясь ото сна. Пока мысли беспорядочно собираются в один большой клубок, пытаюсь осознать, что произошло прошлой ночью. Повернув голову, обнаруживаю рядом с собой спящего Ника Картера. Ну почему меня угораздило снова вляпаться в очередную историю? Глупый вопрос. Потому что я просто не могу без этого. Ответы на мои вопросы всегда находятся на поверхности, когда я пытаюсь отыскать в них какой-то скрытый смысл.
Даже сейчас, прекрасно понимая, что я что-то чувствую к нему, продолжаю это яростно отрицать. Что со мной не так? Вспомнив, что этой ночью наш разговор зашел на запретную для меня территорию, еще больше разочаровываюсь тому, насколько быстро я сдаюсь. Так нельзя. Я чуть не рассказала ему о самом сокровенном, чуть не показала ему свое слабое место. Хотя он уже сам обо всем догадался. Здесь Нику Картеру определенно хватило ума разложить все по полочкам.
Снова окидываю его взглядом, внимательно изучая черты его лица. В тот же момент ловлю себя на мысли, что мне нравится это делать. Внутри появляется какое-то приятное чувство. От него так легко и тепло на душе. Это чувство придает сил и уверенности. Оно поглощает меня. Полностью.
Господи, только этого не хватало. Я влюбилась в человека, для которого я просто очередное развлечение. Как перебороть в себе это чувство?
— Я знаю, что ты на меня пялишься, — сонно говорит Картер, поворачиваясь на бок. Тут же отвожу взгляд, в очередной раз ругая себя за то, что сделала. — И только не надо говорить, что это не так. Я вижу тебя насквозь, Сиенна.
Ник открывает глаза, и его взгляд встречается с моим. Между нами пролетает легкая искра, но даже она могла бы разжечь гигантское пламя.
— Не льсти себе, Картер, — стараюсь ответить уверенно, будто мне все равно. — Ты того не стоишь.
Он ухмыляется, продолжая и дальше ловить мои эмоции.
— Уверена? — Он протягивает ко мне руку, переплетая наши пальцы, но я резко поднимаюсь, чувствуя, что ситуация начинает выходить из-под контроля.
— Абсолютно, — встаю с кровати, быстро перелезая через Ника. Нужно отойти на безопасное от него расстояние. Сиенна, ты просто обязана взять себя в руки. Сейчас же!
Занавески едва пропускают утренний свет, который так и норовит пробраться в комнату. Но так даже лучше. Подхожу к зеркалу, убеждаясь в том, что вид у меня ужасный. Да уж, Сиенна, в былые времена тебе удавалось хоть как-то скрывать это угнетенное выражение лица.
Все это время Картер отчаянно следит за каждым моим движением, и это жутко смущает. Представляю, какой неуклюжей и нерасторопной я могу выглядеть со стороны.
— Сиенна, я могу задать тебе один вопрос? — внезапно спрашивает он, не сводя с меня глаз.
— Попробуй.
— То, что ты сказала мне этой ночью, действительно правда? — Он словно сомневается в моих словах. А может быть это и к лучшему? — Ну, про родителей.
Он садится на кровати, приглаживая ужасно взъерошенные волосы. Нужно отдать ему должное, потому что даже так он выглядит чертовски сексуально. Вспоминая, что я с треском провалила свой план наказать Ника Картера за то, что он сделал мне больно, где-то глубоко внутри вновь ощущаю отголоски злости. Кажется, я снова пошла по неправильному пути. Так, пора взять себя в руки и расставить все на свои места.
— Слушай, Ник, — мой голос становится серьезнее. — Давай не будем это вспоминать. Эта тема касается только меня. Я не хочу впускать в это кого-то постороннего. Поэтому то, что я тебе сказала на эмоциях, была просто минутная слабость. Тебе не стоит заострять на этом свое внимание.