- Нехило. Но уверена, что это правильный выбор и он обязательно сработает, - кивает мама, - Дерзай, любимый.
И потом они начинают лобызаться. Фу. Отворачиваюсь поскорее чтобы не видеть этой картины поедания лиц и натыкаюсь взглядом на дверь, ведущую на террасу.
- Я подышать, - ради приличия сообщаю родителям, которые совершенно меня не слышат, и выхожу на морозную прохладу улицы.
Достаю телефон, чтобы убить время и полистать ленту социальной сети. Глеб опять на уличных гонках, а Алла, как всегда, трется рядом с ним. Официальная группа моей бывшей команды по ралли уже вывесили поздравления с наступающими праздниками в виде групповой фотографии. Раньше на ней я занимал почетное место в середине, рядом с тренером. Вздыхаю, быстрее перелистывая и натыкаюсь на селфи. С минуту разглядываю Алину, которая запостила фотографию себя на фоне центральной елки. Вглядываюсь в ее большие голубые глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Ну точно лупоглазая.
В нос снова проникает цветочный аромат, а перед глазами возникают странные картинки. Почему-то вместо Софии и Тамерлана вижу со стороны себя в обнимку с Супом. Встряхиваю головой и стягиваю с себя дурацкий пиджак. Похоже кто-то решил отравить меня галлюциногенными химикатами. Нужно будет срочно сдать его в химчистку и попросить, чтобы избавились от въевшихся в ткань духов.
Глава 10. Максим
Музыка из колонок орет так, что уши отваливаются и перепонки стонут, но зато не дает заснуть за рулем. Последняя неделя перед зимними каникулами значительно ослабляет бдительность и я, как обычно, забываю поставить будильник накануне. А потом пожинаю плоды своей тугодумности, мчась по столичной каше из грязи и снега в сторону универа, борясь с заносами и хреновой видимостью.
М-да, все-таки спортивная машина не особо подходит для местности со сменами времени года. Особенно, когда крупные хлопья снега продолжают спускаться с неба, словно пыль, накрывая каждую поверхность белоснежным покрывалом.
Отвлекаюсь на секунду, потянувшись за стаканчиком с кофе, как влетаю на полной скорости в необъятных масштабов лужу коричневого цвета с бензиновыми разводами. Борюсь с желанием выкрутить руль в противоположную сторону, тем самым обогнуть озеро Байкал из грязи и заодно влепиться в проезжающую мимо хлебовозку.
Ну твою ж дивизию!
Брызги окатывают все вокруг, в том числе и машину от крыши до дисков. Только вчера мыл, да и до универа всего пара метров оставалась. Теперь месиво из реагента и снежной глины застынет на краске и не дай Бог разъест ее.
Проклиная все на свете трехэтажным матом, заезжаю на парковку универа и мчусь на пары, кликая сигналкой на брелке.
Этот день мне не нравится с самого пробуждения. Стоило послушаться мягкую подушку с одеялком и остаться в их тепле как минимум до обеда. Зачем приперся на пары сам не знаю. Антонова только завтра. Ударяю себя по лбу, понимая, что отсижу в универе два утра подряд.
Возбужденность неопределенного происхождения бьет по безмозглой голове, когда начинаю приближаться к аудитории. Сердце оглушительно стучит, а руки потеют. Странная реакция на предстоящие несколько часов тугомотины… Тахикардии мне еще в девятнадцать не хватало.
Затаив дыхание, открываю дверь и захожу внутрь. Все, как один, поворачиваются на скрипучий звук и оценивают опоздуна с ног до головы. Зубрилка Лизка смотрит на меня, потупив глазки и свесив язык на бок. Уверен, что в анонимном ящике на День Святого Валентина все открытки-сердечки с точено-выведенными буквами, складно собирающимися в мое имя, будут только от нее. Главное, чтобы духами не брызгала, иначе весь универ почувствует себя словно в газовой камере.
- Доброе утро, Илья Никитич, - здороваюсь с преподавателем, - Извините за опоздание.
Тот лишь махает рукой и возвращается к бумагам на учительском столе. Вот у кого Марье Ивановне стоит поучиться пофигизму. Никитичу всегда плевать кто на сколько опаздывает и палок в колеса не вставляет.
Обвожу взглядом аудиторию, пытаясь найти свободное место. Таких полно, все высыпаются перед завтрашним днем. Все, кроме меня и некоторых ботаников и шизиков. Кстати, о шизиках…
Пока иду до скамьи вглядываюсь в лицо каждого одногруппника, но не замечаю русоволосую лупоглазую голубоглазку. Странно, обычно она не пропускает пары, хотя часто опаздывает. Смотрю на часы. Уже как полчаса прошло с начала учебного дня. Мысленно даю ей фору на то, чтобы подготовиться к очередным пыткам с перестрелкой глазами, посланиями друг друга на детородный мужской орган и дерганьем косичек.
Но ни на первой паре, ни на второй Суп не появляется. Даже как-то скучно без нее в этих бездушных стенах похитителей юности. Приходится вслушиваться в слова преподов, вместо пуляний слюнявых бумажек в волосы и отправлений острых на язык сообщений.