Распахиваю глаза. Все органы будто соединяются в одну кучу и делают радостный кульбит. Сестра? Серьезно? Тогда зачем он флиртовал со своей сестрой? Или это мое воображение нарисовало то, что я ожидала увидеть?
Не успеваю правильно составить вопрос и озвучить его, как Максим усаживает меня на сугроб у одной из заваленных снегом машин на университетской стоянке.
- Подожди тут, - ставит мою сумку рядом и достает из кармана кожаной куртки брелок. Нажимает кнопку блокировки и еще какую-то комбинацию. Авто приветливо мигает фарами через груду снежинок и заводится на подогрев. Странно, я думала он ездит на спортивной машине, а тут, судя по размерам, целый внедорожник.
Терпеливо жду, пока Резник берет щетку из багажника и очищает машину от снега. Пытаюсь вновь пошевелить ногой, но надежда на то, что боль была фантомной, ускользает из головы так же быстро, как и пришла. Простреливает лодыжку так, что хочется согнуться пополам. Зашибись. Надеюсь, что не перелом.
Спустя минут десять Максим возвращается ко мне, отряхивая ладони и открывая переднюю пассажирскую дверь.
- Давай усадим тебя, - смахивает снег с бомбошки на моей шапке, а потом, не церемонясь, берет меня на руки и приземляет на кожаное сидение.
Пока Резник забирает из сугроба мою сумку и огибает автомобиль, чтобы сесть за руль, оглядываюсь по сторонам. Просторный салон из кремовой кожи и с вставками из темного дерева, пропитанный знакомым парфюмом. То, что на этой машине ездит именно Максим, орет каждая деталь: запах, рюкзак на заднем сидении, солнцезащитные очки в выемке на приборной панели и разместившаяся в подстаканнике банка энергетика, который я часто вижу в его руках во время пар. Кажется, будто я оказалась там, где не должна быть. В совершенно другом мире, с которым мой никогда не должен был пересечься.
- Тебе не холодно в кожанке? – спрашиваю Резника, как только он закрывает за собой дверь. Этот факт волнует меня уже очень давно. С тех пор, как температура на улице стала стремительно понижаться.
- Обычно нет, - Максим включает печку посильнее и настраивает подогрев сидений. - Перебегаю от зданий в машину и обратно. Кто ж знал, что на сегодня мне был запланирован заплыв по сугробам в поисках одной отмороженной.
С преувеличенной злостью и раздражением кидаю в него свою варежку, которая улетает куда-то вниз.
- Сам ты отмороженный, - дуюсь. То не в его вкусе, то еще и больная на голову. Ну спасибо.
Максим только хохочет.
- Да ладно тебе. Считай это был даже комплимент.
Комплимент? Это что за комплименты такие отвратительные? Ему бы в школу пикап мастеров.
- В наше время шанс встретить интересную девушку ничтожно мал, - словно прочитав мои мысли, высокопарно добавляет он. Вы посмотрите, как стелет…
Погодите. Резник считает меня интересной или это сарказм? Сердце от чего-то начинает судорожно биться об ребра, в животе странная невесомость, а ладони потеют так, будто я пришла на экзамен. Ну и наваждение. Точно об лед головой ударилась. Наверно, Максим прав и мне действительно нужно в травматологию.
Глава 16. Алина
- Серьезно, тебе нужно в травмпункт, - в очередной раз пытается убедить меня Резник.
- Нет, все нормально, - мотаю головой из стороны в сторону и снимаю шапку, украшенную бусинками из капелек воды от растаявшего снега.
В салоне уже довольно жарко, я отогрелась, а нога начинает ныть. Но в любом случае в травму мне нельзя. Отец потом все мозги вынесет и начнет причитать, какая я у него незадачливая родилась.
«Единственная дочь, главная наследница, а такая растяпа. Вот если бы пацан родился…» - мелькает в воспоминаниях голос папы.
Да уж. Парень из меня еще бы ужаснее был и получала бы я в два раза больше нагоняев от родственничков. Так хоть за пушистыми ресницами и длинными волосами прикрыться могу. Девочек мой отец только словесно может обижать, руку никогда не поднимет. А вот с сыном бы так не возился. Помню, как к нам двоюродный брат приезжал. Избалованный до ужаса. Так отец из него всю дурь за месяц выбил. Как шелковый ходил. Потом начал подрабатывать во время учебы и съехал на съемную квартиру подальше от нашего орлиного гнезда.
- Ничего не нормально, Алина, - вытягивает меня из воспоминаний возмущенный голос Максима. – У тебя, возможно, перелом. Ты на ногу наступать не можешь. В чем проблема? Докторов боишься?
- Нет, не боюсь, - хмыкаю. – У меня мама врач.
- Тогда в чем причина? Почему ты упомянула отца? Он за каждую ссадину тебя ругает?
Молчу. Трудно сейчас вот так взять и выложить всю подноготную семьи Тависуплеба практически незнакомому мне одногруппнику. Из всех моих друзей только Лия знает правду. Перед ней мне не трудно обнажить душу. Но перед Максимом…