— Да, только сегодня перерыв. Завтра уже репетиции и вечером выступление. Еще нужно ставить новую программу, но это не твое дело.
О да, не моё!
Так что я прохожу в прихожую, надеваю сапоги, пытаясь выбросить из головы всё всплывающие айсберги воспоминаний об его касаниях в этих квадратных метрах. Даже застегиваю шубку, созерцая себя в зеркале на двери.
Стас же подходит сзади и, будто так и надо, надевает мне на голову капюшон его толстовки, натягивая тот максимально низко и игнорируя мой ненавистный взгляд исподлобья. А я только волосы более менее уложила…
Хватит. Нужно вызвать такси…
Машину обещают подать аж в течении пяти минут, что по словам хозяина квартиры - большая удача. Но вообще логично, город вымер после 31-ого и часов до одиннадцати едва ли проснется.
Стас же быстро одевается, берет небольшой рюкзак, даже находит мой клатч и снова отдает платье, о которых я, конечно, успела забыть. Впрочем, как и о бюстгальтере. И кто ж его знает, куда он делся. Я точно помню, где он его с меня снимал, но что произошло дальше - загадка, покрытая десятью слоями ванильных облаков.
Да и здесь сейчас всё кажется совершенным - нигде не торчат мои бретельки, нигде не виднеется черное кружево, за которое я как-то выложила три тысячи… Я даже смотрела под диваном! Ничего не нашла, но не решилась спрашивать Стаса, так филигранно его откинувшего. Так что если предмет моего нижайшего падения не испарился бесследно, во что я почти уверовала, то станет когда-то для кого-то сюрпризом.
И я надеюсь, этим человеком окажется не его будущая девушка.
Надо спросить... а то мало ли. Но я просто стою и смотрю, как он обматывает на себе шарф, и борюсь с желанием поправить его, чтобы было красиво. Потому вздыхаю и прикусываю губу. Тот замечает, уже выпроваживая меня из квартиры:
— Что с тобой?
Телефон вибрирует о прибытии машины и начале оплаты за ожидание. А еще лифт еле плетется, да и вообще ехать до дома часа полтора, ибо живу на другом конце города. В общем…
— Бесишь ты меня, Стас.
Он оборачивается, улыбнувшись и даря ответ:
— Ты меня, как обычно, тоже. Но... - вдруг поет мотив, вставая со мной рядом и взглянув с высоты своего роста, - если хочешь, останься. Останься просто так…
Кривлю губы, показывая, что не оценила, и после продолжаю, подпев ему:
— Я никогда не буду больше тлеть в твоих руках!
Стас смеется и делает вид, что поверил.
И как говорит Дамир, один Аллах видит, что эта песня теперь прилипнет ко мне на весь день! В общем, грязная женщина, грязное и падшее существо! Тэми бы проклял.