Но почему же тогда, после столкновения, системы диагностики сразу не показали сбой? Сергей хорошо помнил, что транслировали наружные камеры после аварии: панель погнуло, несколько сенсоров вышибло, и те куда-то улетели, оставив в решётке четыре отверстия. Выходит, американцы сами проворонили поломку связи? Канал сразу не проверили, а следовало бы.
— Туго же тебе пришлось, Джо. У меня хотя бы есть контакт с центром управления, а ты там совсем один.
'Ничего, зато я могу слышать твой голос, а ты мой нет'.
Если бы сигналы Морзе могли передавать эмоции, Сергей, наверное, ощутил бы порцию юмора в этом сообщении. За последние полгода, проведённые на 'Станции-2', он неплохо узнал Стэндфорда, и если бы не его нынешнее паническое настроение, Джозеф мог бы стать идеальным собеседником да длительный период времени.
'Юн Хэй мог бы выжить — вдруг протелеграфировал Джозеф. — Он, пробовал скрыться в ближайшем отсеке, но недооценил опасности и просто не запер за собой дверь. Не предполагал, наверное, что это очень важно, хотел просто переждать. Когда он услышал звуки борьбы и паники, то зачем-то поплыл в следующий модуль К2, то там, оказался тупик. 'Клякса' настигла его уже после того, как разделалась с Махновским и Обероном.
— Жаль, что так вышло — вздохнул Ерохин — всё это так… грустно.
'Грустно? — тут же протелеграфировал в ответ Стэндфорд. — Да мы здесь скоро подохнем, как кролики на охоте удава! Это и будет грустно'
— Не паникуй, Джозеф. Я просто пытаюсь анализировать и сопоставить факты. Это существо не просто гоняется за своими жертвами. Оно отлично запоминает пути и ориентируется в пространстве. Мы так до конца и не знаем, что именно им движет и на что оно ориентируется, выискивая добычу?
'Мне кажется, она реагирует на обстановку не так, как человек. Если просто затаиться и не шуметь за дверью, тварь каким-то неведомым образом вычислит, и будет пробовать добраться до тебя, зная даже, что это бесполезно. Я тут подумал, она скорей всего прекрасно ощущает тепло даже сквозь переборки отсеков. Насчёт эхолокации — здесь пока не всё ясно. И, конечно же, осязание, потому что свои сети она плетёт именно для того, чтобы чувствовать колебания попавшей в неё жертвы, как это делает паук'.
Сергей согласился, так как в выводах Стэндфорда было немало логики. Этот разговор пусть и не принёс дополнительной ясности к ситуации, но хотя бы немного разрядил обстановку между двумя людьми.
Включив голографическую схему станции, Ерохин отметил отсеки, находящиеся под его непосредственным контролем, потом развернул вид и обозначил меткой убежище Стэндфорда. Расстояние до американца было приличным — примерно три десятка огромных отсеков. Введя дополнительные данные, Сергей нашёл те коммуникации, которые могли отвечать за работу интеркома, и когда подробно изучил их, выдал свой вердикт.
— Послушай Джо, если я прав, буквально в десяти метрах от твоего отсека имеется блок маршрутизатора внутренней связи. Если наша с тобой теория верна, мы легко сможем восстановить двустороннее общение. Тебе нужно лишь туда прогуляться и очистить кое-что от паутины. И, кажется, я знаю, как сделать так, чтобы эта тварь тебя при этом не поймала.
'Нет, я не пойду туда. Ты хочешь моей смерти! Ты не тот, за кого себя выдаёшь!'
Сергей был готов к такому ответу. Он вдруг приглушённо рассмеялся, неожиданно сам для себя, потом подплыл к иллюминатору и стал всматриваться в дальний край корпуса станции, выискивая глазами круглое окошко, за которым притаился испуганный астронавт. Стэндфорд молчал. Ерохин ещё раз усмехнулся, и громко произнёс:
— Не дури, Джо, с тобой ничего не будет. У меня есть план.
***
В результате серии громких звуков тварь будто взбесилась. Сергей запустил сначала сигнал тревоги в секции В2, а когда 'клякса' поскакала туда, Ерохин убрал звук, включив его совсем в другом месте — в коридоре рядом с развилкой Х5. Это окончательно привело пришельца в бешенство. Камеры в тех отсеках работали исправно, и космонавт видел, что чёрная тварь принялась прыгать вокруг громко воющего динамика, пытаясь, видимо, его заглушить. По монитору тут же побежали помехи.
— Пока 'клякса' бесится возле источника звонка, она далеко от тебя. Давай, Джо, вперёд!
Сергей сильно жалел о том, что у него нет картинки из кридора Е6, куда сейчас должен был направляться Стэндфорд, но на всякий случай он включил кнопку той камеры, которая там находилась. На экране замелькали шумовые полосы и ничего более, он периодически поглядывал на монитор в надежде, что что-то изменится, а ещё приходилось следить за тем, где сейчас находится 'клякса', чтобы не прозевать её и тем самым не подставить американца…
После их последнего разговора, когда Стэндфорд на шутку разозлился на просьбу русского космонавта выйти из отсека, Сергею пришлось потрудиться, чтобы убедить американца в своей правоте. Тот поначалу отказывался доверять ему, и Ерохин приложил немало усилий, используя своё красноречие, чтобы уговорить Джозефа осуществить его гениальный план. Тем более, что Сергей предложил реализовать это дело совместными усилиями и без риска для них обоих.
Задача была довольно простой: Ерохин запустит звуковой сигнал на полную громкость, и если тварь среагирует на него, как бабочка на свет, у Стэндфорда будет достаточно времени, чтобы открыть дверь, убрать паутину в соседнем отсеке и спокойно вернуться обратно. Нужна была лишь какая-нибудь палка или шест, чтобы снять ненавистные 'паучьи нити' со стен коридора.
'Тебе легко говорить, коварный русский лис! Ты будешь сидеть в своём уютном большом отсеке, и давить на кнопки, а отдуваться за всю операцию предстоит мне?' — ворчал недовольно Стэндфорд.
— Да брось, Джо! Поверь, если бы это не работало у меня, я бы давно уже вышел из своего заточения и очистил всё вокруг — подбадривая собеседника, отвечал Ерохин. — Но так уж вышло, что глушится сигнал как раз того блока, который всего в паре шагов от твоей двери! Нужно лишь шевельнуть там метлой. Проблема со связью больше твоя проблема, чем моя. Неужели у тебя ещё не болят пальцы давить на кнопку фонарика, которым ты посылаешь мне свои сообщения?
'Ты ведь легко можешь сделать так, чтобы тварь меня прикончила! Скажешь, что 'клякса' поскакала на сигнал, а она поспешит прямиком в мою сторону. Вдруг она не такая дура, и всё понимает?'
— Это ты легко сможешь проверить. Какие-то ведь камеры у тебя работают! Там ты и увидишь, если я тебе совру. Мне нет смысла обманывать тебя, Джо!
'Хорошо, Серж, ты можешь быть чертовски убедительным, — вскоре пришёл ответ — Так и быть, я… мы сообща сделаем это'.
Вооружившись длинным шестом, который отыскался среди разного полезного барахла, Джозеф решил довериться Ерохину и сделать то, как тот просил…
Вдруг экран, транслирующий картинку из развилки Х4 потух, похоже, кляксе удалось подавить видеосигнал, но звон сирены, которую включил там Сергей, по-прежнему работал исправно. Теперь всё зависело от координации совместных действий — смогут ли они успеть и совершить задуманное?
На мониторе отсека Е6 вдруг что-то мелькнуло, на несколько секунд там появилось изображение, а потом пропало, но Ерохин всё-таки смог увидеть человека, который двигал в разные стороны каким-то длинным шестом. Без сомнения, это был Стэндфорд. Его всклокоченный вид был возбуждённым. Астронавт то и дело оборачивался по сторонам, яростно орудуя палкой.
Внезапно несколько справных мониторов запестрили мельканиями — 'клякса' вдруг пришла в быстрое движение. Огни ламп задвигались вдоль всего правого крыла станции, отлично показывая, куда именно направился пришелец. Существо яростно торопилось, учуяв добычу, или потому что поняло, что его хотят обвести вокруг пальца. Пора было возвращать американского астронавта домой.
— Джозеф! Назад! Она идёт к тебе!
В этот момент в наушниках Ерохина вдруг что-то зашуршало, и он услышал бормотание, а потом звук голоса: