Снежный ангел - почему, собственно, их и назвали Ангелами.
Ким напряженно слушала, представляя себе, что скажут об их открытиях после обнародования. Будут, конечно, и отрицательные мнения, поскольку они нарушили некоторые правила. Но в конечном счете главное, что их имена будут жить вечно. Залог тому - то, что за этим изгибом коридора.
- Что там сейчас для нас опасного? - спросила она.
- Дистанционные датчики показывают резкое падение воздушного давления на протяжении двух футов в самом начале коридора, - ответил Фитц.
Ким рассеянно кивнула - ей уже кружил голову будущий успех. В Цитадели были области, где невидимые, необнаруженные барьеры сохраняли вакуум в отдельных секциях. Если повезет, то беспокоиться надо будет только о том, можно ли там дышать. Конечно, могли появиться и другие причины для беспокойства… в конце концов, Цитадель попирала все известные законы природы.
Предыдущие экспедиции сталкивались с похожими проблемами, поэтому теперь скафандры стали обязательным предметом экипировки. Ким посмотрела на остальных двух женщин, Оделл и Сьюзен. Ни та, ни другая как будто не возражали против того, чтобы войти в коридор. Выражение лица Сьюзен было тщательно бесстрастным, лишенным любых эмоций. «Возможно, нам еще удастся остаться друзьями», - подумала Ким, но тут же поняла, что ей никогда не будет этого достаточно. Она нуждалась в Сьюзен гораздо больше, чем Сьюзен нуждалась в ней. Это будет проблемой, но Ким с ней справится. Она пообещала себе, что справится.
Первый из новых толчков пришел, когда Ким, уже в скафандре, пошла к частично расчищенному коридору. Голубой свет был необычен, потому что шел одновременно со всех сторон. Не было вообще никаких теней, как если бы молекулы самого воздуха слегка светились. Кое-где плавно клубились аморфные участки более яркого свечения, похожие на дым, и продолжалось это даже тогда, когда люди прошли через барьер давления в почти вакуум.
Сьюзен была теперь рядом с Ким - ее лица почти не видно под шлемом скафандра. Фитц и Оделл остались сзади, чтобы контролировать их движение из-за дальнего изгиба коридора. Ким знала, что Сьюзен хочет Наблюдать все, чтобы передать последующим поколениям. Ким побледнела, подумав, как будущие Наблюдатели будут видеть ее саму в этот момент глазами Сьюзен. От этой мысли она показалась себе неуклюжей, нескладной. Тщательно выбирая слова, она сказала так:
- Мы пойдем мимо завала, продолжая следовать изгибу. Сделай несколько снимков, записей, ну, типа того. Попробуем понять, что мы здесь имеем.
Сьюзен повернула голову в шлеме, и Ким уловила намек на легкую улыбку, как будто Сьюзен что-то в ее словах показалось смешным. Ким и сама поняла, что говорит немного неестественно, переигрывает.
- Отлично, - ответила Сьюзен. Ким все еще смотрела в ее сторону, когда Сьюзен нахмурилась. - Эй, ты чувствуешь?..
Ким чувствовала. Она почувствовала это, когда Сьюзен еще говорила, и сначала приняла это за дрожь собственного тела, затем поняла, что это что-то внешнее: вибрация, нет - рев.
«Я была неправа, - подумала тогда Ким, - насчет звуков тех прежних толчков. Такой звук издают две горы, когда их трут друг о друга».
В эту кошмарную минуту Ким была уверена, что весь коридор рухнет прямо на них. Он не рухнул, но его стены - сверхпрочные стены, созданные инопланетной расой, чтобы стоять вечно, - прогнулись внутрь. «Отчего это?» - спросила себя Ким. Она взглянула на Сьюзен, которая тоже застыла, ожидая, что будет дальше.
Ким прислушалась. Больше ничего не было.
- Фитц? Оделл? Вы меня слышите?
- Говорит Оделл, - потрескивая, отозвалась шлемовая рация, -г Дело плохо. Часть нашей техники пропала - был какой-то большой сдвиг. Ребята с исследовательской станции тоже уловили это сотрясение и хотят знать, заметили ли мы что-нибудь существенное.
«Заметили ли мы что-нибудь?» - подумала Ким. Смешно.
- Послушайте, - снова заговорила Оделл. - Я вижу показания датчиков. Вся эта секция Цитадели, она… я не знаю, она вроде как просела. Вам нужно уходить оттуда.
- Возможно, теперь она успокоилась, - возразила Ким. Прошли десятки тысяч лет с тех пор, как обвалился этот
последний коридор. Почему именно сейчас, когда они приближались к тому конкретному изгибу коридора? Больше чем когда-либо Ким захотелось увидеть, что находится за углом. Возвращаться и посылать туда камеры будет недостаточно. Она хотела видеть.
- Может, успокоилась, а может, нет, - заявил по рации другой голос, на этот раз Фитца. - Уходите оттуда, возвращайтесь.
- Пока что я начальник этой экспедиции, Фитц.
- Прости, Ким, но я уже поговорил с Командованием Станции через транслятор на форпосте. Командование приказывает отступить оттуда и прекратить работы.
Ким задохнулась от гнева. Он действовал за ее спиной!
- Фитц, так нельзя! То, что там за коридором, - это же кардинальная перемена всей жизни! Это техника Ангелов!
- Мертвым - что нам от нее толку? - пришел ответ. - Послушай, мне очень жаль, но мы уже нарушили слишком много правил, а правила существуют не просто так.
Не было слов, чтобы описать эмоции, обуревавшие Ким. Это было предательство, страшное предательство. Она повернулась к Сьюзен.
- Я так понимаю, это ты его подучила? - поинтересовалась Ким. - Теперь ты довольна?
Сьюзен посмотрела на нее ясными, спокойными глазами.
- Ким, для меня это такая же новость, как для тебя. Поверь мне.
«Но я не хочу верить», - подумала Ким. Она понимала, что это погубит ее репутацию, а ведь она едва начала делать свою карьеру.
- Мы идем дальше, - отчеканила Ким.
Сьюзен хотела что-то сказать, но Ким отвернулась и пошла вперед.
- Фитц, если есть реальный шанс толчков, вызывающих обрушение, тем более важно, чтобы мы вытащили все, что можно, пока оно не пропало навеки. Ты понимаешь? - «Скажи «да», гаденыш», - подумала она.