Налетевший ветер совсем не походил на ветер, а скорее напоминал течение воды в реке. Неторопливо соприкасаясь с открытым лицом и принося с собой боль миллиона иголок, с жадностью вонзающихся в кожу.
Хотелось закричать, но вдруг пришло озарение – это невозможно.
Здесь не было воздуха, не было кислорода. Тут самого понятия атмосферы не существовало. Как и запаха. Совсем.
Почему я еще не умер – непонятно.
Глаза стали слезиться, в них будто насыпали песка, а тело совсем перестало слушаться, превратившись в застывшую статую.
Зеркала закружились в хороводе, медленно приближаясь маленькими размытыми ураганчиками. В голове возникло понимание смертельной опасности. Острые куски легко нашинкуют слабое беззащитное человеческое тело, не оставив после себя ни капельки крови.
Гулкий удар сердца…
А потом я вдруг ощутил, что не нужно опасаться стеклянных вихрей, они не успеют ничего сделать, мое тело и без этого стремительно умирало, распадаясь на клеточном уровне.
Как там: рыбы не могут жить на суше, а животные в воде.
Вот и я так же – упал под воду и не могу выплыть обратно, погибая от враждебной среды.
Не умело трехмерное существо находиться в многомерном пространстве. Это пагубно, здесь разрушалось все не принадлежащее этой реальности.
Еще один удар сердца…
Действуя на рефлексах, я нашел панель быстрого доступа с режимом нейронной сети. Каким-то чудом она все еще отображалась полупрозрачной полоской на правой стороне зрения.
Трудная, почти невозможная сосредоточенность зрачков на иконке. Победа. Пиктограмма «Живительного исцеления» окрасилась из бесцветного серого в насыщенный цвет активации. Наниты начали работу, помогая изнемогающим имплантам на регенерацию, не справляющимся с сильными повреждениями.
И сердце опять сокращалось, разгоняя кровь по венам организма.
На краткую секунду показалось, что мне уже лучше, что еще чуть-чуть и все будет в порядке.
Тело вновь оживет, страшная боль исчезнет, и я смогу двигаться.
А затем опять появилось чувство близкого конца.
И еще один удар сердца…
Пустотная станция «Эвердил». Центр медицинского обслуживания
– Ну что с ним? Он выживет? – спросила Эвелин.
Воинственная девушка-хагг требовательно уставилась на штатного доктора больницы.
За прозрачной пластиковой дверью-стеной находилась лучшая палата с самой дорогой медкапсулой, какие использовались на станции. Где вот уже на протяжении трех часов, не приходя в сознание, лежал Маркус Крайд.
– Это очень необычный случай, – ответил врач, отступая назад.
Напористость вооруженной особы его совсем не радовала.
– Короче. Говорите уже, как есть, – слегка грубовато подключился к разговору Крис, застыв черной глыбой справа от специалиста.
Слева встали Равена и Тиа, тоже напряженно глядя на главного служащего медцентра.
– Проведенное сканирование показало наличие аномалий в организме пациента. В частности, на клеточном уровне и, трудно представить – в атомарной структуре. Я ничего похожего за всю свою практику не видел. А опыт у меня довольно большой, можете мне поверить. В Периферии иногда встречаются планеты, не прошедшие полный курс терраформирования, вследствие чего жители нередко обзаводятся весьма редкими видами мутаций.
– Мы очень рады за вас, – с сарказмом заметила Равена. – Но может, вы перейдете ближе к делу?
Взглянув на суровые лица хаггов, доктор не вовремя припомнил ходившие по галактике слухи об этой расе, известной своим далеко не простым нравом. Еще не хватало злить таких личностей. На Эвердил и так творилось не пойми что последние дни, а тут еще срочно выдернули и потребовали немедленных результатов. Хотя, что точно случилось с больным, никто толком ничего сказать не может. Лечите и все!
– Ладно, смотрите, – сказал он, активируя наручную комп-консоль.
Появилось голографическое изображение, поделенное на две части.
– Справа обычная клетка обычного человека. Их в организме бесконечное множество. А слева то, из чего теперь состоит тело вашего друга. Я понятия не имею, что это и как оно вообще появилось.
На указанной картинке непрерывно происходили странные трансформации. Клетка двоилась, троилась, распадалась на зеркальные осколки самих себя, затем собиралась обратно, чтобы затем снова начать удивительный процесс распада и возрождения. Ее вид странным образом завораживал, вгоняя в транс, и убирал всякое желание отвести взгляд в сторону.
– Что это такое? – удивленно спросил Крис.
– Как я и сказал ранее – не знаю. Вообще странно, что тело пациента еще не исчезло и продолжает сохранять первоначальную форму. При таких изменениях оно должно моментально испариться. Видимо, на стабильность оказывают влияние токи энергии, пронзающие организм гра Крайда с головы до ног.