Ангар погрузился в гулкую пустоту. Осталось лишь шипение остывающего металла. Гудение систем. Тиканье счетчиков радиации. Далекий лай грузчиков. Масляные лужи, обрывки ленты, одинокая гильза – шрамы минувшего хаоса. Прожектора погасли. Полумрак, залитый тускло-кровавым светом аварийных ламп. Воздух все еще дрожал, густ от выхлопов и озона.
Дмитрий Харканс застыл недвижимо на галерее. Один. Силлуэт в сером резал огромную пустоту шлюза, за которым – космическая бездна и цель. Руки за спиной – белые от напряжения, ногти впились в ладони, полумесяцы крови чернели на перчатках. Тишина звенела в ушах громче любого рева. И в этой звенящей пустоте проступали: Шепот прошлого. Скрежет настоящего. Неизбежный грохот будущего, запущенного этими тремя призраками-кораблями.
Юношеские глаза, прищуренные от воображаемого пламени двигателей, не отражали света. Поглощали. Черные бездны, зеркало матово-черного скальпеля, ушедшего в ночь, поглощали свет. В глубине пульсировала единственная точка – холодная, белая звезда ненависти к Мирту. Мускул на скуле резко дернулся – единственная предательская судорога. Капли крови с ладоней упали на полированный пол тяжело, как ртуть. Чернели на камне, как капли ночи перед бурей.
Глава 9. "Слепое пятно Карнака".
Космос встретил ледяным плевком тишины и тяжёлым, ядовитым взглядом Эрман-Три. Этот газовый уродец вечно бушевал, его полосы облаков – словно гнилые раны – медленно клубились в бесконечном шторме. А на орбите, как самый настоящий нарыв, висел «Карнак». Космическая станция - тюрьма. Ощетинилась орудийными башнями и сенсорными вышками, торчащими, как щупальца спрута. В командной рубке «Дитя Грома» воздух густел от напряжения. Пахло озоном, потом и... да, едва уловимым, но таким знакомым ароматом «Тарусты» из стакана Аманды Харон.
Три призрака, выплыли из прыжкового пространства на самой окраине системы.
«Железная Решимость» — бывший линейный крейсер легата Вориана. Теперь? Залатанный монстр, весь в свежих шрамах сварки. Массивный, угрюмый. Сам вид его в пространстве – немой крик угрозы. Доминировал. Он просто был. Мощная тень, нависшая над системой, тихий укор Имперской мощи, даже в своём покалеченном виде.
FDS Thunder Child - дредноут Аманды. Хищник, огромный и ощетинившийся множеством орудий. Корпус – полотно из граффити и боевых шрамов, сливался с пустотой лучше любой маскировки.
«Молния Харнакса» — личный корвет Дмитрия, что летел без своего капитана. Матово-чёрный. Изящный, как стилет ассасина. На носу – серебряный компас, светился холодным, недобрым огнём.
И первым рванула «Молния». Гравитационные движки запели – высокий, чистый гул, невидимый в вакууме, но на тактической карте рисовался стремительной голубой стрелой, летящей прямиком к «Карнаку». Самоубийственный манёвр! Экипаж корвета рассчитывал использовать гравитационные аномалии Эрман-Три как прикрытие.
На мостике «Дитя Грома» Аманда впилась пальцами в штурвал-джойстик. Глаза – ледяные озёра, но в них плясал азарт.
-Всем РЭБ – дайте жару! «Призрачный Вой» на полную катушку! «Рассеянное поле» – включить, чёрт подери! — голос, искажённый вокодером, резал эфир как нож. «Дитя Грома» взвыло в ответ. Из корпуса вырвались невидимые импульсы – пространство вокруг корабля искривилось, заплыло маревом.
«Призрачный Вой» – тучи микро-дронов-глушилок – понёсся к станции. Забил сенсоры цифровым белым шумом. Фантомными эхами. Ложными сигнатурами до отказа.
«Карнак» заметил прибытие. Энергетический всплеск в пустоте – не спрячешь. Но понять, что это? Системы станции захлебнулись. На экранах мельтешили призраки. Расплывчатые пятна. Ложные тревоги о метеоритах... РЭБ Аманды сработала. Ослепила сторожевого пса Империи.
«Молния Харнакса» проскользнула мимо сенсоров. Тенью. Замер в «зоне доступа». Отсюда лазерные каналы связи могли дотянуться до ретрансляторов на обшивке «Карнака». Не попав сразу под прицел мощных активных сканеров станции. Точно рассчитано.
Внутри корвета, в тесном отсеке, залитом мертвенным голубым светом, Лекс – хакер Тары Бейли – воткнула штекер нейроинтерфейса в портативный крипто-терминал. Пальцы порхали по голоклаве. Глаза, укрытые за светофильтрами, бегали по строчкам данных.
- Цепляюсь... через ретранслятор Альфа-7... Ищем лазейку в «Цербере»... - голос девушки хакера, что больше походила на андрогинного андроида, был монотонный, безжизненный. Только лёгкая дрожь в кончиках пальцев выдавала адреналин.