— Кто-то сместил напор… Но зато в склады теперь не бьет.
— Кто-то? — уточнила я.
— Не уверен, возможно, мы просто не учли этот момент. Но да, Эль, нам вниз. Похоже, выбираться мы будем тем же путем, что и Крас.
Уточнять ничего не стала, но на всякий случай передала ему ценный гаджет.
— Это он, да? Твоего отца? — как-то недоверчиво уточнила Фиомия.
— Да, подружка. Это твой шанс на тело, и разбить его нам никак нельзя.
Кивнув, Зейн забрал его у меня и засунул себе за пазуху.
Теперь мы не бежали, а осторожно по аварийным вертикальным лестницам спускались вниз… Нам нужно было пробраться через склады, преодолеть платформу над тем самым сливом и подняться с другой стороны. Вот только на смену холоду пришла жара. Видимо, система учла изменения в температурном режиме, и теперь тепловые генераторы выжимали из себя все, пытаясь поддержать выставленный минимум. Но они давали сбой…
Потому как через несколько минут жары из моего рта снова вырвалось облачко пара.
Это говорило о том, что система даёт критические сбои.
О том, что может случиться дальше, я не думала. Но взгляд все равно устремлялся вверх, к открытым шлюзам, через которые и проникал этот смертельный холод.
Все это придавало мне сил и скорости. Я мчалась за своим хвостатым, не жалуясь. Поскользнувшись раз, ухватилась за перила. Влага оседала на металлический пол, превращая его в каток.
Зейн мгновенно оглянулся…
И в этот момент сверху буквально скатилась огромная черная клякса. Открыв рот, я рванула к своему мужчине, но он и сам заметил. Пространство рассек выстрел. Субстанция буквально вскипела и занялась огнем. Из нее вырывались черные когтистые руки, пытаясь ухватить воздух.
И снова зазвучала сирена, требуя, чтобы мы шевелились, так как время, отведенное на эвакуацию, не резиновое, и шлюзы вечно стоять открытыми не будут.
Мы обежали горящую тварь и рванули дальше. Забежали в отсек, где хранились цистерны. Огромное количество гигантских металлических баков было размещено на специальных платформах друг над другом. И эта чудоковатая лестница тянулась до самых нижних ярусов станции. Но разглядывать времени у нас не было.
Нам смерть в затылок дышала. Схватив за руку, Зейн потащил в сторону рельсов. Мы были на верном пути.
Два поворота вправо, и мы буквально налетели на дядюшку Фуки, тащившего на горбу раненого доктора Хайяна.
— Крас, — взревел Зейн.
— Детки, — он обернулся.
Испуганный, бледный, лоб в испарине.
— Скажи ему, Зейн, пусть бросит, — простонал док.
— Штырь, — пояснил дядюшка, — нас потоком задело. Снесло его, но я вытащил. А там этот проклятый штырь.
— Понял. — Зейн кивнул и, сняв с себя Фиомию, присоединил её к плечу дяди.
— Головой, Крас, за девочек отвечаешь.
В мои руки перешел бластер. И, взвалив дока на себя, Зейн потащил его вперед. И делал он это весьма шустро и не напрягаясь. Правда, теперь мы передвигались куда медленнее…
— …Док, руками работать придется, — прошипел Зейн, когда на нашем пути появилась очередная вертикальная лестница.
Я не представляла, как раненый сможет на неё забраться.
Но это я…
Зейн просто пересадил дока на спину, зафиксировав ноги на своем торсе.
Какая же у него была силища! И мы поползли вверх, друг за другом. При этом дядя пропустил меня вперед, отобрав бластер. Сверху что-то жутко шипело, но задавать вопросы времени совершенно не было.
Сигнал об эвакуации звучал все громче. Тепло больше не становилось. Все вокруг медленно покрывалось льдом.
Станция Глизе замерзала. Воздух ещё был пригоден для дыхания. Но сколько ещё протянет система жизнеобеспечения, приходилось только гадать.
— Ползи, док, — орал Зейн, упрямо продвигаясь вперед, — ради дочерей ползи. Все записи Марински у нас. Давай, не отключайся.
И он полз. Упрямо перебирая руками.
Меня жутко трясло от холода. Я постоянно смотрела вниз…
— Дядя Фуки, стреляй, — прокричала, заметив, что на лестницу наползает черная жижа.
Он остановился, опустил руку и сделал залп. Под нами мгновенно все зашлось пламенем. Казалось, там все было залито этой черной субстанцией.
— Ползи, док, иначе все здесь останемся, — зарычал Зейн.
— Фиомию, Эль, — крикнул дядя. — Возьми!
— А ну ползи, — рявкнула я на него, понимая, что огонь поднимается выше. — Задолбалась я всех терять. Ползи, сказала!
— Доктор, потом умирать будете, — заверещала наша девчуля.
Шипение сверху становилось все громче.
Издав нечеловеческий вопль, Зейн вытолкнул дока в люк и выбрался сам.