— Звучит как полноценный дом, — задумчиво протянула я. — Только прикрепленный к посадочной платформе. Вы ее снимаете?
— Да, — он кивнул. — Аренда проплачена на пять лет вперед. У нас с тобой будет комната, собранная из трёх кают. Она очень просторная. Кровать широкая. Мебель не казенная, а хорошая… ну, как положено. Тебе понравится, Эль. Пока так… А дальше…
Он обтер ладонью лицо. Волновался. Но я не понимала почему. Что не так?
— Зейн, в чем дело?
— Да как-то… Только сейчас дошло, куда я тебя повезу. У меня как-то девушки постоянной и не было никогда. Так… несерьезно всё. И я не задумывался, что вести жену в крематорий… Это звучит просто ужасно.
— Ну и не называй так, — я пожала плечами. — Там есть комнаты, есть кухня. Душ и прочие удобства. Выход на платформу. И главное, что что-то не устроит — всегда можно нанять тягач и перетащить нас к другой станции.
— Да, — он снова закивал. — Тягач у меня в планах свой. Я сначала, как со службы ушел, переживал жутко. Потомственный военный. Как бы все предки при погонах. В званиях. А потом остыл и по-новому на всё посмотрел. Особенно когда тебя в своей кровати нашел. Столько идей разом голову посетило. Надо же было чем-то себя отвлекать, пока ты меня сладко целовала и обследовала своими маленькими ладонями моё тело…
— Зейн, — шикнула, чувствуя, как краснею.
Он засмеялся и, подойдя, присел на край кровати:
— Это были самые счастливые моменты моей жизни. Но вернёмся к нашим планам — тягач. Я один могу заменить основной состав экипажа. Инженер систем жизнеобеспечения у меня в женах. Фиомию выучить бы… Хочется для неё чего-нибудь престижного.
— Зейн, — шепнула я.
— Я всё равно верну её, Эль, даже если придется самому стать нейробиологом. Я верну. Знаешь, когда она появилась на свет, мы ее чуть не потеряли. Лёгкие… Она не дышала сама. Я уже был взрослым пацаном. Понимал, что могу никогда её не увидеть. И так злился на собственное бессилие. Но все обошлось. Кроватка в её комнате не осталась пустой. Но страх, Эль, он не ушёл. Я всегда опекал её. Коршуном следил, чтобы не обижали. Встречал со школы, чтобы видели — у неё большой и злой старший брат. Я не готов отпустить её. Не готов. Моя сестра будет жить. Будет…
— Будет, — шепнула я.
Села и обняла его. Взгляд скользнул на стол, где лежала такая драгоценная болванка.
— Всё у нас будет, — склонившись, поцеловала его в висок и прижала к себе. — Я в тебя верю, Зейн. Ты у меня несокрушимый.
— Мне нужно это слышать, Эль. Очень нужно. Тепла хочу, ласки.
— Каждое утро буду повторять… Ты у нас самый лучший. Самый сильный. Умный. И… хвостатый.
— Как же я тебя люблю, — тихо рассмеялся он. — Но рано вставать.
Меня снова уложили на подушку. Подняв руку, он провел пальцами по моему лицу.
— Моя красавица. Как же я боялся потерять тебя на станции. И на корабле не оставишь — потеряешь со мной связь, побежишь же спасать. И за своей спиной держать — пальцы дрожали, когда оборачивался. А после того как понял, что ты за отцовским планшетом побежала — как только не свихнулся от страха.
— Я не слабачка! — фыркнула. — И нечего тут…
Улыбнулся. А после, сдвинув меня, завалился рядом.
— Через час, Эль, пойдем на мостик. Пора уже расставлять все по местам. Пора.
Глава 68
Крас ждал в своем кресле. Док тоже не спал. Заметив нас, слегка нахмурился. Вообще, в помещении чувствовалось какое-то напряжение.
Передернув плечами, я скользнула к своему месту.
— Ну, разговор вести будем, — усмехнулся Зейн. — Его рука легла на болванку. Фиомию он еще не включал. Она продолжала спать. Видимо, он не желал посвящать ее во все.
— Здесь неподалеку твой корабль, — кивнул Крас. — Не пригласишь в гости?
— Да. И тебя, Крас. И кота твоего. Как же… тестя и не позвать… — услышав Зейна, я вздрогнула и покосилась на комок рыжей шерсти. — Аппарат, собранный по его чертежам, я храню там. Полагаю, второй — у тебя.
— Нет, Рам. Нет, — дядя Фуки выдохнул. — Сгинул где-то на Глизе. Так что нам по-любому к тебе в гости.
Я мало что понимала в их диалоге. Но очень уж ощущалось, что там такие подтексты.
Мое внимание было отдано мелкому хвостатому проходимцу. Нет, как кот он мне нравился, но вот то, что в нем сокрыто… Я все не могла заставить себя поверить в то, что отец… он в нем… Вживлен в сознание усатого.
Сев в кресло пилота, Зейн отправил сообщение диспетчерам космопорта, обозначив конечную точку прибытия. На экране загорелись нужные координаты.