Кейла Арнольд:
— Будучи деканом много лет, я очень хорошо справляюсь с научным администрированием. Кроме моей, есть еще две лаборатории: планетологии и инженерная. Последняя будет завалена заказами от Вольного флота, это обычная история. А с планетологами мы — коллеги, рука об руку изучаем новые планеты.
Ханни:
— Кстати, о новых планетах. Сейчас в Вольном флоте бытует мнение, что закон, принятый ещё полтора века назад, об обязательной дезинфекции и осмотре кораблей по прибытию с биоактивных планет, уже давно устарел, и сейчас он абсолютно необязателен, просто достаточно пропить курс биологических добавок, чтобы исключить все возможные последствия. Так ли это? Что вы про это скажете?
Кейла Арнольд:
— Разумеется, это не так. Что касается изученных планет, безусловно, достаточно просто принять курс определённых медикаментов. Но мы сейчас столкнёмся с планетами, о которых мы ничего не знаем. Ни о флоре, которая там находится, ни о фауне. И, разумеется, ни о простейших организмах, ни о вирусах. У нас нет никакого оружия против них, поэтому старый закон будет как нельзя к месту.
Ханни:
— Скажите, а есть ли у вас какой-то план относительно эпидемии? Если выявят признаки неизвестного вируса?
Кейла Арнольд:
— Безусловно, мы с полковником Зиминым разработали все возможные планы по устранению угроз, согласно уровню опасности. Все протоколы прописаны. Мы надеемся, что не дойдёт до такого, когда все будут подвержены какой-либо опасности. Но мы готовы.
Ханни:
— Готовы ли вы сейчас прямо озвучить, что ждёт команды Вольного флота и персонал станции, если такое случится? Чётко, по полочкам.
Кейла Арнольд:
— Если случится самое худшее, например, эпидемия неизвестной болезни, то будут запрещены все вылеты со станции и введён карантин. Вот вам четко и по полочкам.
Ханни:
— Скажите, помимо лаборатории, вас, наверное, ещё где-то можно будет найти? Возможно, у вас есть ещё какие-то увлечения, помимо работы?
Кейла Арнольд:
— Честно говоря, пока нет. До сих пор у меня не было на это времени.
Ханни:
— Так значит, что все-таки верно то утверждение, что женщины-врачи, тем более военные, остаются одинокими долгое время. Ваше сердце сейчас свободно?
Кейла Арнольд:
— Моё сердце отдано науке. В целом я не исключаю, что-то, или кто-то, меня может заинтересовать, но за мои 42 года, пока этого не произошло.
Ханни:
— Простите меня, Кейла, но разве можно отдать свое сердце каким-то вирусам?
Кейла Арнольд:
— Речь ведь не про вирусы. Моя работа направлена на благо человечества в целом. Тут очень многое предстоит сделать. И дело не только в медицине, есть ряд иных проблем.
Ханни:
— Какие? Раскройте нам их.
Кейла Арнольд:
— В настоящий момент, мы очень слабо используем человеческий потенциал. Безусловно, мы многого достигли, люди практически ничем не болеют, я сейчас говорю про болезни тела. Любые дефекты организма, будь то плохое зрение, опухоли, гормональные расстройства — все мы можем вылечить соответствующей терапией, направленной мутацией либо имплантами. Например, у меня один глаз — это имплантированный кибернетический протез, но выглядит он, и воспринимается, как обычный глаз.
Ханни:
— Но с болезнями разума ситуация не так хороша. И я сейчас не про навигаторов, где психозы и нервные расстройства случаются постоянно, это специфика профессии. Например, возьмем Марс, количество самоубийств аномально высокое, и постоянно растет.
Кейла Арнольд:
— Кроме этого, есть еще чаилдинг, химеризм, хикки и прочие девиации. Это грани той проблемы, о которой я говорю.
Ханни:
— Перед тем как ты продолжишь, надо для подписчиков канала рассказать, что означают эти слова. Чаилдинг — это фобия взросления. Взрослые люди сознательно продолжают себя вести как дети, и даже используют гормональные и иные препараты чтобы продлить пубертатный период жизни и выглядеть, как ребенок. Верно?
Кейла Арнольд:
— Верно. Химеризм, в свою очередь, — это тоже попытка бегства, но не в детство, а в животный мир. Люди меняют свое тело, и копируют образ жизни животного. Иногда это приводит к трагическим последствиям, например, когда некто вообразил себя хищником, и стал охотится на иных людей. Мы знаем много подобных инцидентов.