- Завтра? Но они могут быть живы. Нужно искать сейчас, - мямлил неуверенный Антон.
- Пингвинчик, если хочешь можешь выйти на улицу сейчас, тебя никто не держит. Ты и часа там не протянешь, как украсишь своими обледенелыми костями ближайший сугроб, - усмехнулся начальник. – Чего ждёшь, а?
Антон ничего не ответил и, отведя взгляд в сторону, неподвижно стоял. Если Антон то и дело впадал в ступор, то Денис не понимал того, почему полярники так невозмутимы, ведь пропали люди и скорее всего они действительно были мертвы. Он хотел задать этот вопрос Алексею, однако решил промолчать.
- Всё, всем отбой, - сказав начальник и направился к выходу со всеми остальными.
- А я свяжусь с компанией, доложу им, - пропищал Денис непривычно осипшим голосом.
Михалыч, как и все остальные, на него внимания не обратили и вышли из штаба. Последним выходил Антон. Он закрыл за собой дверь, после чего наступила тишина. Холод, шедший от стен, снова дал о себе знать, а обогреватель, который был единственным источником тепла в немаленькой комнате, приятно грел ноги. Денис вновь обратился к компьютеру. Связь была не ахти, поэтому вместо видеосвязи по скайпу инспектор написал в компанию электронное письмо. В нём он изложил текущее состояние станции, сообщил о пропаже работников и написал, что ждут дальнейших указаний. Письмо было отправлено незамысловатым щелчком мыши, осталось лишь ждать ответа, а вот когда он придёт – было неизвестно. В любом случае, смысла торчать за компьютером не было, да и усталость давала о себе знать. Михалыч был прав, нужно набраться сил.
Немного поплутав, Денис нашёл по громким голосам спальный сектор. Он находился в другом строении, к которому инспектор прошёл через связующий и довольно холодный коридор. Сектор состоял из трёх комнат: туалет с простым умывальником, без санузла, естественно, кладовая и просторное помещение с койками, чем-то напоминающее казарму. Что инспектору понравилось сразу, так это тепло. Отопление не работало, но зато было два мощных электрообогревателя. Видимо, генератор, который снабжал станцию электричеством, имел внушительный запас ресурсов - даже на самой холодной станции Восток нет такого комфорта.
Поужинав пайком, инспектор забрался на свободную заправленную койку. Под громкие разговоры полярников Денису было проблематично засыпать, но, к счастью, те сами угомонились, и довольно быстро, что позволило инспектору впасть в долгожданный сон.
Дениса разбудил шорох. Приоткрыв сонные веки, он посмотрел в полумрак перед собой. Сонные глаза практически ничего не видели, зато уши слышали чей-то храп, тяжёлое дыхание. Полярники спали кто как мог. Тем не менее, среди разнообразия ночного сонного шума был звук, который выделялся на его фоне. Шорох, похожий больше на скрежет или даже царапанье. Пробуждающийся разум инспектора стал лучше воспринимать окружающие звуки. Шорох стал слышен более отчётливо и имел приглушённое звучание, говорящее о том, что источник звука находился за пределами комнаты. Желая разобраться, парень неохотно поднялся с кровати. Этот шорох просто сводил его с ума, и громкий храп, как ни странно, Антона, был порханием бабочки по сравнению с противным царапаньем. Денис обулся, протёр руками глаза и практически на ощупь начал двигаться на источник звука. Окна были плотно завешены, дабы огородить ночлежку от уличного света, который царил в это время круглосуточно. Но звук шёл не от окон, а со стороны выхода, где была полуоткрытая тяжёлая дверь. Инспектор, шаркая по полу вялыми ногами, вышел из помещения, после чего оказался в предбаннике между зонами здания и выходом в коридор, ведущим в главное строение. В коридоре сработала автоматика, и включился свет, который вынудил Дениса резко зажмуриться. Более-менее привыкнув к не очень яркому свету, Денис снова посмотрел на массивную дверь, за которой начинался промежуточный коридор. Дверь была незаперта, и скрежет шёл откуда-то из-за неё. Возможно, источником звука была деформация металла из-за перепада температур, может, рабочие что-то не до конца закрепили. На станции больше никого не было, ни насекомых, свойственных тёплым краям, ни животных. Инспектор на миг предположил, что это может быть один из пропавших рабочих, что ему плохо, и он пытается дать о себе знать. Тем не менее, Алексей заверил, что станцию осмотрели вдоль и поперёк, и других людей на ней не оказалось. Скрежет продолжался, словно некая кошка царапала железными когтями по железному листу, неритмично и неутолимо. Фантазия начала разыгрываться, и, прежде чем она не начала прорисовывать безумные теории, Денис снова попытался мыслить рационально. Скрежет вызван… да чем угодно. И это неважно, мало ли какие звуки могут быть на полярной станции, где металл страдает от сильных внешних температур? Проверить было очень просто - достаточно открыть дверь и найти злощастный источник противного скрежета. Но не тут-то было, Денис совершенно не хотел выходить в коридор, оправдывая это сильным холодом, что был за дверью и совершенно не признавая того, что ему было чуточку страшно выходить туда, наружу. Рабочие пропали, и причина их исчезновения окутана непроглядным ореолом тайны. В совокупности это вызывало лёгкий страх, и, снова подумав о холоде, инспектор отошёл от двери, вернулся в кровать. Как только он закутался в одеяло, свет в предбаннике автоматически погас, а вот звук остался. Денис не помнил, как уснул, однако те сны, которые ему снились, всю ночь мучили его несуразными кошмарами.