- Слушаю, - раздался из колонок нечёткий мужской голос.
- Эм, я Денис Скворцов, инспектор на станции Андромеда. Прошу проверить погоду в ближайшие часы, дни в пределах зоны комплекса. С нашей метеостанции поступило предупреждение о том, что возможна буря, - объяснил Денис, говоря в микрофон.
- Не понял. Повторите, плохо слышно, - ответил голос.
Инспектор сообразил, что в радиорубке связь будет получше, и выскочил из штаба. Пройдя в центр связи, он запустил радиоприёмник и снова связался с начальником. В этот раз связь была куда лучше.
- Понятно, сейчас посмотрим. Такс… Атмосферных возмущений не зафиксировано, небо чистое. Я в курсе Андромеды. Мне сообщили, что она ещё не введена в эксплуатацию, и, возможно, некоторое оборудование может некорректно работать. Ещё что-то?
- Спасибо, это всё, - ответил Денис.
- Давайте не засиживайтесь там, время деньги. Удачи. Конец связи, - голос затих, и инспектор выключил компьютерную радиостанцию.
Денис не был силён в работе синоптиков, да вообще в метеостанциях, слов руководителя ему было вполне достаточно.
- Ты что тут делаешь? – вошёл Антон.
От такой неожиданности Денис дёрнулся так, словно его током ударило. Он не слышал, как открылась дверь, может, просто не заметил из-за увлечённости собственными мыслями.
- Связывался с компанией, ничего особенного. Хотя, скоро мы отсюда уберёмся. Думаю не больше пары дней осталось, - задумчиво сказал Денис, подходя к Антону.
- Господи, ну хоть что-то приятное за эти треклятые недели! Когда я пришёл в эту шарашкину контору, то мне ничего не говорили про командировки в злополучные снега. Видите-ли, монтажник сетей отморозил все пальцы, и теперь я занимаюсь этой работой! Ещё раз пошлют меня в этот мухожопанкс - уволюсь! – бормотал Антон. – Я слишком молод для этого дерьма, - добавив это, Антон вздохнул и поправил очки, при этом вновь становясь тихим и спокойным.
Парня прорвало не слабо, что было неудивительно, раз он всё копил в себе.
- Воу, потише. Лучше помоги мне побыстрее со всем этим закончить, ладно? Я тоже, как и ты, хочу поскорее унести отсюда ноги, - довольно сказал Денис, облокачиваясь рукой на деревянный стол с приборами.
- Как? – заинтересовался связист.
- Возьми какой-нибудь блокнот и пройдись по… сейчас скажу, - задумался Денис. – Склад, пищевой блок, вторая лаборатория и генераторная. Ничего сложно, просто записывай всё странное, что бросается в глаза.
- Что за странности? – спросил Антон, начиная рыскать у себя в карманах.
- Неисправности, недоделанная проводка, неработающие приборы. Если что-то будет непонятно, то свяжись по рации, - говорил инспектор.
- У меня нет рации, - озадачился связист.
- Кхм, - Денис указал взглядом на комплект раций, лежащих на том столе, на который он облокачивался. – Ты провёл тут полдня и не заметил рации?
- Я был занят другим, - нахмурился Антон.
Инспектор уже начал сомневаться в том, что Антону можно доверить осмотр комплекса. Если он столь видные рации не приметил, то чего говорить о большем?
- Ты справишься? – осторожно уточнил Денис.
- А то, - кивнул Антон. – К тому же, лучше шарахаться по станции, чем торчать с этими мужланами полярными, - усмехнулся Антон, в очередной раз бегло поправляя очки.
- Мужланами? – в дверях стоял крупный мужчина.
Денис с ним не особо общался, но знал, что он был специалистом по генераторам. По сути, другой работы на станции у него и не было, что позволяло ему свободно слоняться везде, где только вздумается, но не в генераторной, которая работала как швейцарские часы. Ах да, инспектор вспомнил его имя. Он был Борис зовущийся среди полярников Рузвельт. Денис не знал, почему его так называют, да и не горел желанием это узнать. Михалыч, начальник, ещё на прошлой неделе говорил, что прозвища даются не просто так, а за заслуги или антизаслуги. Таким образом, полярникам менее скучно коротать целые месяца на станции. Разумеется, не все полярники используют такой жаргон, традиции, однако у всех свои тараканы.
Антон испуганно обернулся. Его лицо стало белее снега, а очки запотели так, словно были с обложки Гордона Фримэна. Денис ожидал увидеть ещё и мокрые штаны, но этого не произошло, что его немного расстроило, хотя глумиться над «приятелем» в его планы не входило.