— И как чертов взрыв мог в этом помочь?! — рявкнула Рида, взглядом следя за каждым движением колдуна. — Очень сильно сомневаюсь, что ты на этот рейс годами собирал «гниль», чтоб разом избавиться от нее!
Реймонд остановился и проложил ладонь ко рту, заглушая рвущийся наружу ядовитый смех.
— Потрясающее умозаключение, но одного дирижабля было бы маловато! Я думаю, взрыв — не самоцель, это лишь повод, один из многих. Раздуть скандал, дать людям и магам возможность показать свои лица, свое истинное отношение. Понимаете? — карие глаза лихорадочно блестели. — Дать этим псинам наконец-то сцепиться! Дать их ненависти шанс уничтожить существующий порядок и позволить новому миру родиться из пепла!
Девушки стояли посреди кабинета, не веря собственным ушам. По спине лился холодный пот, а затылки сверлил чей-то внимательный взгляд из темноты. Они слушали откровения министра и с каждым словом все ярче осознавали, что не только не знают, как действовать дальше, но и нужно ли действовать. Отчасти каждая из них была согласна и отлично понимала ход его мыслей. Лишь один вопрос не давал им покоя.
— Вы ведь колдун! «Привилегированный класс»! Какой вам резон в этом равенстве, в этом свержении устоев и прочем? — опустив руки вдоль тела и глядя на мужчину исподлобья, спросила Рида.
— Вы ищите подвох там, где его нет, — спокойно пожал плечами Реймонд. — Скажите… как вас по имени?
— Рида, — буркнула девушка.
— Вот скажите, Рида, вам известно, кто такие ищейки?
— Те, кто рожден магом, но силы не имеет, — тихо ответила Илинея, которая начала потихоньку понимать личные мотивы министра. — При этом они отлично чувствуют магию других. Как цвет, запах, звук или иначе…
— Верно, — кивнул Реймонд. — От профессора меньшего не ждали, — он ехидно улыбнулся и вновь уселся на край стола, чуть наклоняясь вперед словно в попытке заглянуть поникшим девушкам в глаза. — Этакие «недомаги», которым в мире, где правит сила, уготована лишь унизительная роль собаки, ищейки. Прекрасно, когда тебе лишь по праву рождения цепляют ошейник, швыряют в отдельный класс, откуда дорога лишь в учреждения или на улицу! В нынешнем же мире нам и просто слабым чародеям места и вовсе нет. Мы не можем, подобно людям, претендовать на особую защиту и помощь. Ведь мы маги, «привилегированный класс», как вы заметили. В то же время даже самый средненький колдун не сочтет нас равными. Вы видели этот ужас в глазах родителей в момент, когда им сообщают, что их чадо рождено с дисфункцией энергетических центров? Когда их чадо рождено ищейкой? — голос был тверд, но в нем звучала злоба, копившаяся годами. Чуть тише мужчина добавил: — Смертей тех «невинных» я не искал, просто так вышло. Но будьте уверены, я о них не сожалею! — он криво оскалился и, не сводя довольного взгляда с потрясенных, растерянных девушек, вернулся в кресло. — И так… Рискнете? — тишина. — Нет, как я и думал. Сегодня я в удивительно прекрасном расположении духа. Я позволю вам, маленьким девочкам, заигравшимся в детективов, не только уйти отсюда, но даже дам вам пару дней, чтобы покинуть город!
— Просто не хотите пачкать ковры нашей кровью? — мрачно произнесла Рида.
— Поосторожнее со словами, Рида Бренан, — девушка вздрогнула, услышав свою фамилию. — А то в деле об убийстве главы комитета появится пара подозреваемых. Или следующие заголовки будут голосить уже у двух трупах, — Реймонд перед лицом сложил руки в замок.
Это было похоже на падения с обрыва. Они стояли перед лицом того, кого так долго искали, того, кто, очевидно, заслуживал наказания, и ничего не могли сделать. Потому что он был прав. Как минимум в том, что на его место просто придут другие. А как максимум… Колдунья сглотнула вставший в горле ком. Сейчас не до рассусоливаний. Они совершенно точно на прицеле. Девушки переглянулись и медленно пошли прочь из кабинета. Делать здесь больше нечего.
— Риверс, проследи, чтобы наши гостьи успешно покинули город, — под заглушающийся звук шагов произнес Реймонд, возвращаясь к работе. — Если будут вытворять что-то подозрительное… ты и сам знаешь. Только не попадись!
И словно от стены отошел кусок тени и выпрыгнул с балкона.
Сомнение
Примерно часом позже. Сильверон, дворы неподалеку от квартиры Аши
Девушки медленно шли с остановки. Всю дорогу они молчали, не в силах отвязаться от ощущения, что пешка Реймонда все еще наблюдает за ними. Иногда они сворачивали во дворы, где кипела жизнь: носились дети, а старшее поколение, укутанное в шарфы и шали, сидело по скамейкам, обсуждая что-то свое. Вскоре змеевидный, путанный маршрут привел их в собственный двор. Девушки остановились, устало оглядывая местность.
— Аша ведь скоро придет домой? — тихо спросила колдунья, бросая долгий взгляд на небольшой балкончик.
— У них какой-то проект, так что даже не знаю, — пожала плечами Рида. — Может, она уже дома, а может к ночи придет.
Колдунья кивнула и двинулась в сторону одной из свободных скамеек. Нужно просто уложить мысли в голове и как следует проветриться. Она грузно опустилась на отполированные временем доски, краем глаза наблюдая, как Рида опирается спиной на фонарный столб, выглядящий на фоне серого неба особенно мрачно.
— В принципе, могло быть и хуже… — выдохнула Рида.
Да уж! Хуже. Их могли прибить в первой же подворотне. А точно ли все кончилось? Им, конечно, от щедрот отсыпали пару дней на сборы, но толку? А если они задержатся? А если охотнику надоест просто наблюдать и он не будет выжидать целых два дня? Но да, могло быть и хуже. И они прекрасно это понимали, когда решились идти напролом. Да твою ж медь! Этот план был настолько дырявым и составлен буквально вслепую левой пяткой из подручных средств! Чудом было то, что он хоть как-то сработал!
Илинея с тяжким вздохом запрокинула голову. Да, они знали все с самого начала, с самого Рейнхарма. Но силы кончились именно сейчас. Исчез чистый энтузиазм и непонятная ярость, с которыми они начали этот путь. Осталось лишь желание собрать манатки и уехать. Неважно даже куда! Такое чувство, будто на самом пике полета кто-то резко дернул ее вниз, направляя по инерции прямо к земле.
Колдунья повернула голову к подруге. Лицо девушки не выражало абсолютно ничего. Будто восковая маска. Однако мрачное настроение чувствовали даже незнакомцы, резко сворачивающие и обходящие подруг по широкой дуге. Хотя, возможно, дело было в дрели, которую Рида все еще держала в руках.
— Можно ли насилие оправдать благими намерениями? — тихо, осипшим голосом, не сводя взгляда с точки где-то вдали, спросила Рида. — Стоят ли фантазии о всеобщем благе реальных жизней? Не каких-то гипотетических идейных врагов, а обычных людей… и магов. Которые всего лишь родились и выросли в этой культуре.
— Не знаю, — столь же тихо ответила Илинея. — Я уже ничего не знаю.
— Пойдем, не хочу оставаться на одном месте, — Рида отстранилась от столба и протянула руку колдунье.
Прогулочным шагом они направились в неизвестном направлении, продолжая обдумывать слова Реймонда. Пожалуй, одно из самых мерзких ощущений, когда ты разделяешь слишком многое из позиции того, кого пару часов назад готова была убить довольно жестоким образом. Девушки шли мимо Исследовательского центра, откуда выскользнула знакомая фигура, но, не заметив их, двинулась в сторону дома. Глядя на прохожих, Илинея немного отстала от подруги. Она чувствовала некое противоречие, нечто, заставлявшее ее соглашаться с доводами Реймонда и, в то же время, безумно противиться этому. А было ли противоречие в словах? Илинея задумчиво продолжила идти вперед, заметив, что Рида впереди остановилась и оглянулась на нее.