Мы с Вихартом вернулись в усадьбу. Городская жизнь нас обоих не впечатлила; хотелось перевести дух и подышать полной грудью, не оглядываясь постоянно на разные условности.
Кроме того, ждало нас еще одно неоконченное дело.
На осмотр заветной просеки выехали ранним утром. Погода стояла роскошная, светило яркое солнце, наст подморозило, так что снегоход почти не проваливался.
Настроение Вихарта, вопреки погоде, было мрачнее некуда. Накануне мы почти поссорились. Он не понимал моего стремления найти те злосчастные снежинки, если никуда не собираюсь уходить.
Да, я решила остаться. В горах долины я чувствовала себя дома. Особенно когда к ним прилагались тёплые объятия Юджина. Но крохотный червячок подтачивал мое счастье, не давая насладиться им в полной мере.
Меня глодала совесть.
Хотелось бы убедиться, что родные не переживают из-за моего отсутствия. Все-таки я пропала неожиданно, записки даже оставить не успела, а надеяться на сознательность деда Мороза - так себе успокоительное. Молод он еще, а безответственность, судя по разыгравшейся тогда метели и заброшенной невесть куда пострадавшей в моем лице, так и хлещет.
За спиной оттягивал плечи мешок с припасами. Мы с Вихартом решили, если ничего не найдём, отправиться в землянку. Очень уж нам обоим там нравилось. Тишина, никого нет, только огонь в очаге и шкуры.
Мы миновали памятную елку - и спина Юджина под моими руками напряглась. Ему не нравилась вся эта затея. Он небезосновательно считал, что раз меня закинули в другой мир, не спросив, то и выкинуть обратно без лишних вопросов не постесняются. А он уже нашу свадьбу распланировал, даже время в мэрии застолбил.
Нового мэра, правда, еще не назначили, но записи учета гражданского состояния продолжали вести. Жизнь идет, кто-то рождается, кто-то женится…
На тёплое пустующее место пытались посадить доктора Торстена, но он упёрся и отбрыкался. Мол, лечить тогда кто будет? Мэру не положено по окраинным деревням кататься, он должен за столом сидеть, бумаги перебирать.
- Здесь! - подергала я Вихарта за дубленку, привлекая внимание. Не знаю, как я отличила этот участок просеки от остальных. Просто чуйка включилась - мы приехали.
Юджин лихо затормозил, взметнув облачко искрящейся ледяной пыли из-под гусеницы. Снегоход прокатился юзом и чуть просел, так что наши сапоги оказались в опасной близости от сугробов. Я спрыгнула, оказавшись почти по бедро в снегу, и побрела к тому месту, куда меня выбросило из сауны.
Разумеется, ничего потустороннего и светящегося я не обнаружила.
Сколько бы я ни ходила вдоль и поперек просеки, снежинки не загорались. Стало понятно, что обратного прохода мне недед Мороз не оставил, и, признаться, я даже не знала, радоваться этому или расстраиваться. Домой меня так уж сильно не тянуло. При условии, что мои родные не будут переживать из-за моей пропажи, в чем я была почти уверена, мне бы очень хотелось изучить поподробнее этот новый, неизведанный мир прошлого.
И, пожалуй, связать свою жизнь с Юджином я бы тоже не отказалась, решила про себя, поглядывая на терпеливо ожидавшего меня мужчину. Он мог бы ударить кулаком по столу, настоять, заставить… не факт, что у него бы получилось. Скорее, в таком случае я бы неслась от него сломя голову хоть в другой мир, хоть на другой континент. Но нет, он предоставлял мне выбор. Свободу решений.
Хотя губу Юджин прокусил почти до крови, а пальцы на руле побелели, он не позволил себе окликнуть меня или высказать очевидное - что домой меня никто не отправит. Вихарт тонко чувствовал мое настроение и позволял убедиться во всем самой.
А потом вернуться к нему.
Я улыбнулась и открыла было рот, чтобы констатировать факт, - мы едем дальше, в землянку - как снег подо мной засветился и я провалилась в мерцающую серебристым гигантскую снежинку.
Вокруг меня бушевала метель, но самое жуткое было в полном отсутствии звуков. Будто я оглохла или сижу под стеклянным колпаком. Сходство с последним усугублялось тем, что снег меня не задевал, отворачивая в сторону на расстоянии пары метров. Я чувствовала себя запертой в сувенирном шаре, только вихрь снежинок танцевал по другую сторону прозрачного барьера.
Танцевал…