Настроения совсем не было, как и желания куда-то брести. Совершенно не хотелось торчать на нудных парах, а ещё хуже встречаться с этой мерзкой парочкой, пока моя рана в груди ещё слишком свежа, а воспоминания слишком яркие, чтобы изводить себя сверху ещё больше.
Голова закружилась, когда я попробовала сесть. По телу пробежал противный озноб, и я завернулась в одеяло, а сверху растелила плед. Что-то мне нехорошо.
Куратору мне не хотелось писать и объяснять причину своего отсутствия на занятиях. Зная прекрасно, что наш куратор - настойчивая женщина, которая обязательно придерётся, - пишу старосте классе - Лизе, сообщая, что сегодня и возможно ещё несколько дней меня не будет на занятих по причине плохого самочувствия. А с самочувствием я не врала.
В непрочитанных висело сообщение от матери. Она писала о том, что приглашает меня вместе с Владом в эти выходные к нам, то есть к ней и её новому мужу, который пока что не успел стать официальным, но они живут вместе, а значит в гражданском браке.
От такой новости сердце будто проткнулось стрелой, но не от того, что у моей матери другой мужчина, а потому что она ничего не знала. Наверняка будет ждать меня вместе с моим парнем, с которым мы не вместе. Рассказывать ей об этом мне не хотелось, ведь она скажет, что предупреждала меня.
Дверь в комнату приоткрылась и на пороге появился светловолосый парень, который, судя по внешнему виду, уже давно проснулся и собирался куда-то.
- Доброе утро, - коротко поприветствовал тот.
Он стоял в дверном проёме, а на нём сверху было накинуто то самое чёрное длинное теплое пальто со стоящим воротником. То самое пальто, в котором он передо мной предстал вчерашним морозным вечером в плену проклятой декабрьской зимы, не успевшей начаться, но уже успевшей заморозить и погрузить весь город в царство зябкого обморожения.
- Доброе... - прохрипела я в ответ и прочистила горло.
Оно болело и чувствовалась невесомая тяжесть, будто что-то мешало, словно невидимого кома, вставшего поперек горла.
- Тебе на пары не пора? Ты где учишься?
- Я никуда не пойду, - мой голос звучал непривычно тихо и сипло. - Не хочу никого видеть. Особенно этих двоих.. - и накинула себе на голову одеяло, сжав под ним руку в кулак.
- Тебе ничего не будет за прогулы? - допытывал знакомый-незнакомец, всё также стоя на пороге и не решаясь войти, а я не могла знать причины. Возможно, просто так захотел.
- Мое эмоциональное состояние пошатнулось, оно куда важнее для меня, чем учеба, на которой я все равно не смогу как следует сосредоточиться, - пробормотала я из-под одеяла, а затем высунула голову. - Ты не против, если я останусь у тебя дома?
Мне было неудобно просить его о чем-либо, он итак слишком много для меня сделал, для бедолаги с улицы, которую подобрал как брошенного всеми одинокого побитого щенка.
- Нет, не против. Я всё равно один живу, так что располагайся. А мне уже надо бежать, - сказал молодой человек, бросив краткий взгляд на время на своих наручных часах. - Если захочешь перекусить, там в холодильнике есть еда. Разогреешь, - предупредил и хотел было уже уйти.
- Спасибо, - коротко поблагодарила его.
- Ключи оставляю в прихожей.
Кивнула на его слова, не сдвинувшись с места.
Хорошо, я поняла, но думаю, что сейчас мне совсем не до еды. Даже думала об этом в последнюю очередь. На данный момент меня тяготила моя головная боль, из-за которой голова готова была взорваться просто к чертям собачьим.
- Что-то мне не нравится, как ты выглядишь, - неожиданно произнес блондин, и я тот час повернула голову на него.
Я думала, он уже ушёл.
А что, собственно, не так?
- Ты какая-то бледная.
Бледная?
Он как-то странно свёл густые русые брови в переносице, позволил себе всё-таки переступить порог и войти в комнату. Яру хватило сделать пару шагов, чтобы очутиться рядом со мной и присесть на краешек кровати.
- У тебя жар, - спокойно произнес парень, когда прикоснулся к моему лбу большой бледной ладонью, даже не предупредив.
Он своим спокойным, ровным тоном, словно говорил: «Я был прав».
- Что? Я даже не заметила...
Надо же. Я всё-таки заболела? Какой слабый у меня иммунитет.
- Это неудивительно, считая, что ты сидела на улице в мороз. Сколько ты там пробыла?
- Час, может больше... - Я пожала плечами, ведь сама уже и не помнила сколько времени там просидела, пока тряслась от холода и от дикого желания вернуться и собственноручно придушить ту подлую парочку. Я не засекала.
Кажись, о пролетевшем времени я беспокоилась меньше всего не свете.