– Что именно вас разозлило: что она улетела или что перестала писать? Или вы злитесь, что не успели встретить ее и рассказать о своем восхищении?
Он посмотрел на нее и покачал головой. Крохотная надежда, что хоть она сможет его понять, пропала.
– Да как же до вас не доходит. Я не сталкер, я не убить ее хочу и не трахнуть. – Незнакомое ругательство застряло на языке. – Я хочу найти ее и сказать, что она неправильно раскрыла убийство!
Он тщательно воссоздавал все места преступлений, о которых писала Мэллори. В основном из кирпичиков Lego – куклы Барби людей почему-то напрягали. А против убитых кубических человечков никто не возражал – даже сосед, хотя потом и он съехал.
А ведь Сэм, следуя немецким законам о видеоиграх, делал кровь зеленой, а не красной. Он так старался никого не пугать.
Дело, в котором героиня Мэллори доставляла пиццу, а наткнулась на убийство, было описано довольно хаотично, но оно и понятно. Тогда она не знала, что ее ждет. Но постепенно, пользуясь журнальными вырезками и изначальной рукописью, которую ему за взятку передал ее первый редактор, Сэм разобрался, как именно она раскрыла преступление, на какие улики стоило обратить внимание, а какие были добавлены, чтобы пустить читателя по ложному следу. Он очень собой гордился и даже выложил фотографии в своем блоге.
Он раздобыл для игрушечной Мэллори зеленую униформу «Спейс Кейс Пиццы» и маленькую картонную коробку, а заодно аккуратно подрисовал фингал женщине, которая стояла в дверях и прикрывала спиной жуткую сцену убийства. Полиция бы списала все на превышение самообороны, но раньше женщина уже сидела в тюрьме – причем по той же статье, – а убийство попыталась оправдать ограблением, хотя расправились с ее мужем очень… умело. В итоге преступление вскрылось, когда Мэллори заметила две ключевые улики, упущенные полицией: висящее на шее убийцы (практически у всех на виду!) кольцо, о которое она порезалась, когда жертва ударила ее по лицу, и маленькую шпильку в волосах – орудие убийства, которым закололи ее мужа.
Ну ладно, стоит признать, что в этой диораме Сэм не обошелся без искусственной крови. Уж очень она была хороша.
Доктор Бридж наклонилась к нему, и планшет в ее руках накренился. Сэм успел увидеть какие-то записи, а потом она перехватила его взгляд. Пронзила насквозь своими голубыми, как лед, глазами.
– Я бы очень хотела вам поверить, Сэм, но подобная фиксация – первый признак нездорового поведения. Вы следите за ней, иначе откуда бы знали, где и в какую смену она работала? Почему вы решили, что она не собирается возвращаться? Если вы так уверены, что она допустила ошибку, вы могли бы написать ей письмо. Не сомневаюсь, что с вашей способностью к поиску информации вы могли бы найти ее электронную почту, – заметила доктор Бридж. Когда она хмурилась, на щеках у нее выступали ямочки.
Он жарко замотал головой:
– Нет, я хочу поговорить с ней лично. Я просто пытался понять, с кем буду иметь дело, но она нарочно держится в стороне от людей.
– Неудивительно, – спокойно заметила доктор Бридж. – Скажите: чего конкретно вы хотите добиться? Мэллори покинула нашу планету и, насколько нам известно, больше не планирует издавать книги. Вы – молодой студент. Как мы планируем двигаться дальше?
«Мы», – сказала доктор Бридж. Как будто хотела помочь ему, хотя на самом деле считала таким же сумасшедшим, как и все остальные. Он продолжил сверлить взглядом свои руки, не поднимая глаз.
– Я просто хочу указать ей на ошибку. Да, я мог написать ей, ну и что дальше? Сейчас-то уже не могу.
– В каком деле она ошиблась?
Он помотал головой. Знал, что его засмеют.
– Забейте. Вы все равно не поверите, что я раскрыл дело, с которым она не справилась.
– Расследования – это ваш личный интерес? Вы планируете заниматься частным сыском? Криминальной журналистикой?
Сэм пожал плечами. Все, что он делал – это скрупулезно анализировал книги Мэллори, изданные за последние годы. На поступлении в университет настоял отец. О будущем он особо не задумывался.
– Хорошо. Думаю, мы с вами достигли неплохих результатов, – сказала она. – Спасибо, что поделились со мной своими проблемами, Сэм. Для начала я бы хотела видеть вас два раза в неделю.
– Два раза в неделю? – резко вскинул голову Сэм. – Я что, чокнутый?
– «Чокнутый» – очень плохое слово, Сэм, – нахмурившись, сказала она. – Чем чаще мы будем встречаться, тем быстрее вы научитесь правильно расставлять акценты и сосредоточитесь на учебе и своем будущем. Вы сами сказали, что ваша зацикленность завела вас в тупик. Вы не можете читать новые книги Мэллори, следить за ее расследованиями и тем более преследовать, ведь она покинула Землю, а вы – нет.