– Лечение: капсульная ванна в растворе Staphylococcus cmarensis. Клинический прогноз: рак печени смертелен, однако риск для жизни в связи с травмами минимален.
– «Минимален»? – переспросила Мэллори. Ксан пожал плечами.
– Ей шестьдесят один год, если я правильно посчитал.
– Элизабет Браун. Что она здесь забыла? – тихо спросила Мэллори, размышляя вслух.
– Я бы не удивился, если бы ее тут полностью вылечили. Их медицина для нас практически магия, – сказал Ксан.
– И все на основе бактерий. Уколы, кремы, растворы…
– Ага. Видимо, универсальная штука.
– Они не боги. Мы же видели: они не победили смерть, – мрачно заметила она.
Монотонный голос продолжал зачитывать им информацию. Следующими на очереди были Кэтрин Бартлетт, к стандартным травмам которой прибавилась раздробленная правая рука, и Каллиопа Оу, пострадавшая примерно на уровне Финеаса.
Желудок все сильнее скручивало от ужаса. Они забрали с корабля двенадцать человек – но в списке выживших имен было одиннадцать.
– Вон там, видишь? – спросила Мэллори, указывая вниз. Капсулы все так же светились изнутри, передавая данные на соседний экранчик – но одна из них погасла, а имя отобразилось в списке вычеркнутым. Мэллори нахмурилась. – Значит, стафилококк все-таки не всесильный. Одного спасти не удалось.
Имя оказалось незнакомым: Сэм Вашингтон, парень лет двадцати. Помимо стандартных гипотермии и травм от удара тупым предметом, у него обнаружились две другие проблемы: во-первых, повреждение затылка, которое не совпадало с травмами, полученными при крушении, а во-вторых – неизвестный наркотик, найденный в организме. Он препятствовал работе целебных бактерий, что привело к смерти от кровоизлияния.
Как и капсула Сэма Вашингтона, экран планшета погас.
– Неизвестный наркотик? – спросил Ксан и добавил, откашлявшись: – Кому неизвестный, станции или людям?
– Понятия не имею, – ответила Мэллори и подняла глаза к потолку. – Вот я ненавижу Адриана, но как бы хотелось с ним сейчас пообщаться. Наверняка он нас слышит; Рен постоянно подслушивал разговоры.
– Подозреваю, он просто не успевает осмыслить все, что происходит на станции, – заметил Ксан. – Человеческий мозг не рассчитан на такой объем информации. Ты сама говорила, что Адриан не особо умный.
Ксан вновь задумчиво посмотрел на погасший планшет. Сэм Вашингтон. Кем он был и что принял? Странная тревога охватила его. Когда Мэллори вытаскивала из космоса трупы сильных мира сего, он не испытывал ничего, кроме привычной отрешенности, которую приобрел за время службы. Но смерть этого парня почему-то задела.
Он потер лицо, ощущая под пальцами щетину. Хотелось сходить в душ, побриться и завалиться спать. Или хотя бы поесть. Тоже неплохо.
– Интересно, раз Адриан новый распорядитель, он все еще считается послом? – вслух поинтересовалась Мэллори, ни к кому конкретно не обращаясь. – А то, наверное, надо сообщить на Землю, что половина их шаттла мертва. – Она стеклянными глазами посмотрела на капсулы. – Господи, как я устала. Надо подумать, что делать.
– Есть хочу, – сказал он. – А ты как?
– Есть? Сейчас? – Она нахмурилась. – А это не слишком опасно?
– Ну, станция успокоилась. Можем и прогуляться, пока… – Ксан замолчал. Он больше не сомневался в Мэллори – полностью верил в ее силы, магическими они были, экстрасенсорными или какими еще. Она стояла в самом центре паутины связей, и он не знал, догадывается ли она о масштабах этой сети. – Ты же знаешь, что начнется, как только они проснутся. Давай поедим, пока есть возможность. Пойду скажу врачам, что мы ненадолго.
Мэллори выбрала ближайший от медотсека ресторан, расположенный в общей зоне отдыха для всех аэробных рас. Им заправлял Сонм, но Мэллори успокоила Ксана, когда тот выразил свои опасения.
– Ты уверена? – уточнил он. На ум пришла поговорка, которую часто повторяла бабушка: – Не хочешь пострадать, не надо и осиное гнездо ворошить.
– Так не вороши, – улыбнулась она. – Они любят, когда к ним заглядывают другие расы.
– Как ты вообще с ними связалась? – спросил он по пути. – Просто пришла, раскинула руки и такая: «Давайте, изучайте меня!»?
Коридоры постепенно заполнялись народом. Все обсуждали последние события, и среди гула гнейсов Ксан расслышал что-то про массивную брешь в метановом крыле.
Мэллори фыркнула:
– Не совсем. Сначала я приняла их за обычных насекомых и отреагировала соответствующе, – сказала Мэллори. – Вот представь, что к тебе в комнату залетела оса? Что ты сделаешь?