Надо отдать ей должное – кроме округлившихся глаз, ничто не выдало ее удивления. Она снова потерла лоб.
– Я не знаю, где здесь медпункт, солдат.
– Дайте мне минуту, и я вас отведу, – кивнув, сказал он. – Только передам кое-что подполковнику в руки.
Он оставил ее в коридоре, а сам зашел в приемную. Торрес сидел в кабинете за открытой дверью. Он говорил с кем-то по телефону, а при виде Ксана взмахом руки пригласил его войти.
– Погоди секунду, – быстро бросил он в трубку. – Опаздываешь! Вот и отлично. Так хоть эта гарпия не прознает про документы, – пробормотал он, забрал конверт и поставил подпись о получении. – Свободен.
– Сэр, мы с вашей гостьей столкнулись в коридоре, и она ударилась головой. Я хочу отвести ее в медпункт.
– Хорошо, – сказал он, махнув рукой, и вернулся к телефону.
Ксан так и не понял, что именно «хорошо» – то, что она ударилась, или то, что он решил отвести ее в медпункт, но теперь у него хотя бы появилась возможность поговорить с министром наедине и не опасаться, что их кто-то заметит.
Как выяснилось, известной ему информации было недостаточно, чтобы начать действовать. Министру нужно было что-то конкретное – или подробности об оружии, или что командование планирует с ним делать.
Ксан начал вести собственные записи, оставляя зашифрованные заметки о вскрытиях на полях «Бойни номер пять» шифром, который они с братом придумали еще в детстве. Обменявшись парой нейтральных писем с министром Далл-Найф Флаинг, он получил указания оставить собранные сведения у Билли, воспользовавшись кутерьмой праздника. Ключ к шифру он написал на подарочной бумаге, в которую обернул книгу.
Ксан не знал личности своего связного. Может, им был сам Билли, но вряд ли; скорее, его выбрали лишь потому, что понимали: он закинет неинтересный подарок куда подальше, и его можно будет спокойно забрать. Честно сказать, Ксана это не особо интересовало. Он точно знал, что кто-то еще сливает министру засекреченную информацию, но понятия не имел, кто, когда и какую, и это неведение полностью его устраивало.
Только оказавшись вдали от Земли, он понял, что зарезать хотели его. Либо потому что он слишком много знал, либо потому что связался с министром. В пиве было снотворное – видимо, убийца надеялся ослабить его рефлексы и прикончить в темноте, но сильно просчитался. Билли поплатился за это жизнью.
А Ксан в суматохе сбежал с дня рождения – с планеты, – прихватив с собой информацию об оружии.
Изначально за разработкой стояло желание научиться разделять симбиотические пары. Препарат должен был лишь ослаблять связь, но значительно чаще убивал или одного симбионта, или обоих.
В долгосрочной перспективе его планировали испытать на самом невероятном союзе в галактике – союзе инопланетян с разумными кораблями и космическими станциями. Людям просто нужно было проникнуть на борт Вечности и попытаться отделить ее от распорядителя – дело сложное, но достойное жертв. Если бы человечеству удалось захватить Вечность, они бы мгновенно оказались в позиции силы.
А если бы станция погибла – ну, тоже неплохо, ведь тогда они смогли бы ее изучить.
Солдат, сумевший отделить станцию от распорядителя, стал бы героем.
Ксан не знал, способны ли разделенные симбионты найти нового партнера. У него не было опыта работы с живыми инопланетянами.
Примерный план был таков: солдат нужно было подсадить на «Дыхание Бога», поставляя его либо в порошковом виде, как кокаин, либо в виде таблеток, после чего они в теории становились иммунны к телепатическому вмешательству со стороны инопланетян. Если получалось преодолеть этот порог, солдаты должны были подобраться напрямую к цели и ввести препарат, разрывая ее связь с симбионтом. Никто точно не знал, как конкретно солдаты должны были справиться с заведомо более сильным врагом – видимо, это зависело от конкретных пришельцев. Кто-то должен был обязательно принять наркотик с едой, кто-то – вдохнуть, а кому-то хватило бы просто коснуться.
Ксан подозревал, что военные считают главной проблемой именно телепатические способности инопланетян, а вовсе не физическую мощь гнейсов или умение фантасмагоров сливаться с окружением. Но, в конце концов, это был лишь примерный план.
Церемониться военные не собирались: они рассчитывали усеять улицы «Дыханием Бога», ведь чем больше обычных людей пользовались их препаратом, тем сложнее инопланетянам было бы захватить их разум, когда они все же решили бы вторгнуться на Землю.
Пока оставалась проблема сильного наркотического опьянения, но в дальнейшем планировалось отправлять солдат, «вооруженных» наркотиком, на все дипломатические встречи. Они должны были принимать его сами и иметь при себе в распыляемом виде вместо слезоточивого газа.