Некоторое время двое мужчин молча осматривали руины, в которые столица их герцогства превратилась буквально за несколько минут, и каждый думал о своем. Старший представлял будущий город с его широкими улицами, большими площадями и невиданными в этом мире зданиями, а младший прикидывал, как надолго случившаяся катастрофа оттянет момент его обращения в вампира.
— Деда! Я спросить у тебя хотел.
— Что?
— Свадьба. Ты точно все решил?
— Внучек, — Арнольд расплылся в улыбке, — Я с Машей уже сто лет душа в душу живу. Так что спрашивать надо, почему я только сейчас решил, а не точно ли я собрался это делать.
— Ясно, — действующий герцог Гуян опустил голову, — Значит мне ее теперь бабушкой называть?
— Если тебе жить надоело, можешь и бабушкой звать, правда больше одного раза у тебя этого не получится. Но ты рискни. Риск дело благородное.
— Ваше высокопревосходительство, — магистр Роксолана низко склонила голову, как только архимаг Ламия оказалась возле нее.
— Доброе утро, рыжая. Рано ты во дворец заявилась.
— У меня есть служебные дела…
— Да-да. Пообщаться с королем и заручится его поддержкой в противостоянии с советником Боргом?
— Откуда вы знаете?
— Дурой меня не считай!
— Прошу меня простить, ваше высокопревосходительство, — Роксолана еще раз склонила голову, на этот раз постаравшись прогнуться как можно ниже.
— Я простить готова, а простит ли тебя история?
— Не понимаю о чем вы, ваше высокопревосходительство.
— Все ты понимаешь, — Ламия нервно дернула головой, — В Империи маги находятся, по сути, на рабском положении у священников. Король смотрит в рот правителям Элура. Часть советников готова торговать ликанами лишь бы не огорчать Наместника. В Чергории спокойно сидят вампиры, некогда разорившие наше королевство, и никого это не волнует. Эльфийские жрецы чуть ли не насильно предлагают нам ритуал обращения в неживых магов в обмен на земли для их касты и места в Совете. А твой Грегори и вовсе желает обратиться в вампира и готов ради этого воевать.
— Он не мой, — пискнула Роксолана, но тут же спохватилась, — Ваше высокопревосходительство, к чему этот разговор?
— Валерии не нужна война.
— Я понимаю это, ваше высокопревосходительство, но что я могу? Моя клятва и моя… Я люблю Грегори и не предам его, как бы он ни был неправ.
— Понимаю, — Ламия смерила Роксолану взглядом, в котором непонятно чего было больше: жалости или сочувствия, — Спасибо, что сказала. А теперь можешь идти к королю, я же подумаю, как тебе помочь… дура влюбленная.
Последние слова Роксолана уже не слышала.
— Так почему мы работаем так много?
— Эльфы всегда работали много. Мы трудолюбивая раса!
— Но посвящать свою жизнь работе. Это неправильно. И маг Борис говорит…
— Не слушай ты этих… магов.
— Почему?
— Во-первых, они нам не указ. Мы не должны менять наш образ жизни только потому, что кто-то считает его неправильным. Я горжусь своим трудом и его результатами и плюю в лицо тех, кто считает иначе. А во-вторых, эти маги, на самом деле никакие не маги, а самые настоящие вампиры. Им сотни лет и они совершенно иначе смотрят на мир и жизнь. И тем более они иначе воспринимают нас. Все-таки, мы их еда. Так что поменьше слушай этих… магов и никому не вздумай говорить об их природе. Это тайна. Тайна эльфов!
— Я так понимаю, что после ознакомления с итоговым результатом разрушений Касии больше ни у кого из присутствующих возражений насчет строительства новой столицы Элура нет?
— Я против, — тут же заявила алукарду Ольга, — И буду против еще лет двадцать.
— Почему?
— Если уж тебе мало объема требуемых восстановительных работ по стране, то подумай о строительных материалах, которые ближайшие годы будут в жутком дефиците.
— Так о немедленно переносе столице речи не идет, — спокойно ответил Александр, — Надо будет найти место, подготовить его, составить архитектурный план, пригнать гномов, чтобы выкопали и построили канализацию. Как раз лет десять пройдет. Успеем восстановить основные разрушения.
— Так ты предлагаешь начать изыскательные работы, а не строительство?
— Именно. Дай боги, если Женева будет построена к концу моего правления.
— Хм, — Ольга довольно улыбнулась, — Все же решил назвать новую столицу Женевой?