Невозможно, если только тебе не плевать на это.
— Ну да… победил, — усмехнулся сам себе перерожденный, осторожно вынимая Киба из своего тела. — Но пользы-то от меня теперь… ноль…
Вышедшее, перед самим окаменением, из Седьмых Врат тело не выдержало дальнейших нагрузок и перестало слушаться.
Засыпая, Сенсома услышал взволнованный голос Мицуки…
Первая Мировая Война — игрокам приготовиться
— Хокаге-доно, прибыла ваша племянница! — донес чунин-посыльный, приоткрыв полог шатра.
— Пусть заходит, — кивнул Тобирама, собирая свитки, разбросанные на столе, в кучу.
Техника почти завершена. Узумаки с помощью того демона, остановленного Сенсомой, совершили настоящий прорыв в ниндзюцу, основанный на манипуляциях душами, посредством контракта с существом из-за кромки. Обозвали чудовище Шинигами и стали проводить опыты.
Второй Хокаге усмехнулся — теперь красноволосый клан действительно находится под покровительством «Бога Смерти», пусть и выдуманного ими же самими.
Благодаря этому, Сенджу удалось изобрести самую мощную в истории технику. Такую, которая разом бы поставила точку в этой войне. Невообразимую, почти незатратную, совершенно безопасную для владельца. Идеальную!
Такую, что теперь ему было страшно…
— Дядя! — вбежавшая в личную палатку Хокаге девушка тут же бросилась обнимать родственника.
Тобирама отбросил мысли о своем детище. Продумать все еще несколько сотен раз он успеет, а вот правильно поприветствовать дочку брата — едва ли.
Наоми выросла. Даже банально — прибавила в росте пару-тройку сантиметров, точеная девичья фигурка сохранилась и после родов, ничуть не уменьшив красоту «первой Сенджу на деревне», а красивое аристократическое личико все так же было мило и ухоженно, несмотря на тяжелое для страны и мира время.
Но не только внешне — молодая наследница клана повзрослела со времени своей свадьбы достаточно, чтобы можно было отделить «ту» и «эту» Наоми Сенджу. На первый взгляд незаметно — движения, приобретшие ту самую женскую грацию, коей владеют самые настоящие светские львицы, пусть изредка, но встречающиеся среди шиноби; одежда (если можно судить о «взрослости» по ней); осанка и сильно изменившийся взгляд, принадлежащей теперь не куноичи — выпускнице третьего класса, влюбленной в старосту, а женщине, матери и жене — одной из влиятельнейших лиц в стране.
— Совсем взрослая стала, — тепло улыбнулся Хокаге.
— Угу, — только сильнее обняла его Наоми.
Они постояли так еще несколько долгих, но приятных секунд.
— Да, взрослая… — вновь выдохнул Тобирама. — Но поведение все то же — сразу же войдя в кабинет командующего прыгать ему на шею. Вся в отца — тот тоже был изрядным ребенком.
— Ты меня хвалишь или осуждаешь? — отстранилась, наконец, девушка.
— Я завидую, — усмехнулся Сенджу, отпуская племянницу.
По правде говоря, он действительно был сильно рад видеть дочку брата, так похожую на него. Как бы Мито ни старалась, Наоми никогда не станет такой же как она, что еще больше нравилось Тобираме. И, даже изменившись, девушка все равно хранила в себе что-то такое… мягкое, доброе, как и ее отец.
— Кха! Бл… Кха!.. — раздалось со стороны входа.
Разом посуровевший Хокаге метнул уничижительный взор на вошедшего, однако Наоми успела его отвлечь быстрее, чем он рявкнул:
— Не надо, дядя, он со мной, — племянница тряхнула челкой. — Он — мой телохранитель.
Алые глаза Второго в полной мере выразили глубочайший скептицизм и неудовольствие глупой шуткой:
— Твоя мать должна была подрядить тебе в охранники сотни джонинов высшего уровня. Почему же я наблюдаю в своем кабинете хоть кого-то из них? Да еще и такого… больного.
Парень, зашедший в личную палатку Хокаге, действительно выглядел больным. Да не просто выглядел — судя по глазам, у него была тотальная бессонница; дыхание говорило о проблемах с легкими; легкая дрожь указывала на температуру и ломоту в костях, а исходя из того, как он стоял, сильно ссутулившись и косолапо расставив ноги, у него еще и с позвоночником были проблемы. При всем при этом, Тобирама с удивлением отметил огромные запасы его личной чакры и ее несомненную уникальность. Она не была похожа ни на один вид чакры, ранее встреченный Хокаге, но, вместе с тем, создавала ощущение знакомой.