— Но ты этого не сделаешь, — догадался Хокаге. — Это уже бессмысленно.
— Потому что она уже существует, — кивнул Сенсома. — И даже если надежно уничтожить все, что ее касается, всегда есть шанс, что кто-нибудь вновь создаст ее. И даже смерть всего клана Узумаки не поможет. Вы, учитель, выпустили в этот мир настоящего Шинигами, и имя ему Эдо Тенсей.
Говоря это, перерожденный понимал, что техника Второго гораздо опаснее, чем банальная атомная бомба. Если Воскрешение и правда работает так, как было описано в свитках, то любой шиноби может воспользоваться ею. Любой! Джонин, чунин или генин — получив в свое распоряжение бесконечную силу, даруемую Эдо Тенсей, даже самый обычный слабосилок сможет стать угрозой всему этому миру.
Чтобы атаковать с помощью атомных бомб, нужно иметь огромнейшую власть и ресурсы. Чтобы использовать Воскрешение, нужно всего лишь знать, как его использовать.
— Как будто ты единственный, кто понимает это, — Тобирама нахмурился. — Ты говоришь все это, явно думая, что я недооцениваю то, что сам же и создал. Не стоит быть таким самоуверенным — я не только осознаю все риски, я даже начал уже бороться с ними.
— Техника, позволяющая возродить любого шиноби на пике его сил, который, так же, будет обладать бесконечными запасами чакры и не сможет умереть, — взгляд перерожденного стал насмешливым. — Удивите меня, сенсей.
— Я ослаблю технику. Сделаю так, что ее воскрешенные будут иметь лишь часть своих сил. Малую часть. Более того — я дам тому, кто сможет изучить Эдо Тенсей, ложный путь. Думаю, мне удастся изменить Воскрешение так, чтобы воскрешаемое тело должно обязательно сочетаться с душой — тогда, в теории, достаточно сильная и волевая душа сама сможет освободить себя и вырваться из-под действия техники. И если пользователь сможет обойти мое первое ограничение и воскресит сильного шиноби на пике его сил, то последний сможет запросто сбросить контроль и вернуться в Чистый Мир.
— А если шиноби захочет остаться?
— Я думаю над этим. Главное — я прекрасно понимаю, что Эдо Тенсей слишком опасна, чтобы существовать. Но я так же понимаю, что она уже существует, и что именно ее существование делает возможным выживание Конохи. Нас сомнут числом и силой, когда поймут, что по-другому не победить. Рано или поздно Великие Противники объединятся. И тогда, возможно, лишь Воскрешение сможет всех спасти.
— Это хуже уничтожения Конохи, — мотнул головой Сенсома. — Мир, в котором существует абсолютное оружие… Надо же — а я думал, что после битвы с Богом меня уже будет не удивить. Вы же понимаете, сенсей, что Эдо Тенсей нельзя использовать… просто так. Вообще нельзя. Я не могу представить ситуацию, в которой ее использование закончит войну, и не на один годик, а полноценно. Ведь, продемонстрировав такую мощь, вы обречете страну на следующую войну, целью которой и будет техника.
— Вообще-то мне не нужны твои советы, — вдруг улыбнулся Хокаге. — Ты умный парень, так что я знал, что ты все правильно поймешь. Из всех третьеклассников ты был первым, кому я решил рассказать о Воскрешении. Просто потому что это знание слишком велико для одного человека. И теперь, староста, ты должен будешь разделить его со мной.
— А если бы я обрадовался такому оружию? — кисло усмехнулся Томура. — Вы бы пошли к Хирузену?
— Конечно, — спокойно кивнул Тобирама. — Потом к Данзо и так далее. Из всех шиноби мира я доверяю только вам. Мито слишком жестока — она могла бы использовать технику для своих нужд. Клан… Даже в руках Сенджу Эдо Тенсей может стать оружием. Остальным кланам я вообще не доверяю. А другой семьи у меня и нет. Так что радуйся — сейчас я обучу тебя Технике Воскрешения Нечестивого Мира.
Перерожденный отшатнулся и понял, что барьер безопасности, установленный Хокаге, не пропускает не только звуки, но и людей. Отступать некуда…
— Сенсей, не надо, — севшим голосом попросил парень. — Я и так… Это же…
— Будешь владельцем истинного Эдо Тенсей, — клон Хокаге расплылся в несвойственной ему издевающейся ухмылке. — Будешь, как миленький. Без ограничений и слабостей. Носитель идеального оружия. Сам посуди — я не могу быть единственным в мире ее обладателем, ведь я, возможно, скоро умру. Нужен тот, кто будет ее контролировать.
— Ну это уже перебор! Сына навязали, теперь еще и это!