— Кана и Воая — опять ежихи что-то не поделили, — судя по голосу Соника, он был крайне недоволен. — Пойдем. Этих отвлекать можно, иначе господин Теро в клубок свернется от их разговоров.
Сенсома пожал плечами, показывая, что отдает себя в полное распоряжение ежа, и направился за ним. По правде говоря, перерожденного немного нервировала мысль о том, что ему придется что-то требовать у подобной горы, в теории способной двигаться так же быстро как и Соник (изрядно удививший своей скоростью с самого начала).
— Со-о-оник… — потянул Теро, как только они приблизились к нему.
Седой исполин был явно обрадован возможностью прекратить разговор с двумя ежихами, докучающими ему, по словам Соника, почти ежедневно. Те его не поддерживали, но в сторону отошли — у ежей были свои понятия о вежливости, и, раз хозяин дома обратился к новому гостю, сейчас он будет вести разговор именно с ним.
Но все это произошло только поначалу — в первые несколько секунд, а потом ежи рассмотрели спутника их родича, из-за чего все они, мягко сказать, удивились.
— Человечий сын, — Теро шумно выдохнул, да так, что поток воздуха чуть не сбил с ног ежих. — Ты из-за него пришел, Соник-кун?
— Да, Теро-сама, — невозмутимо ответил еж. — Иголка хочет заключить Контракт.
— На яблоки? — Сенсоме показалось, что седой удивился.
— Нет-нет, — покачал головой Соник. — Он хочет Контракт Призыва.
Повисла тишина. Перерожденный явственно чувствовал, как проникается к нему неприязнью этот колоссально огромный белый еж, а потому приготовился открывать Врата. Забраковали? Скорее уж этот гигант их попросту размазал по полу — Сенсома не сомневался в своей оценке — господин Теро по силе был равен джонину ранга А или выше.
Однако, нападать он не стал.
— Хоть бы раз на яблоки согласились, — проворчал белый еж и повернул голову так, чтобы смотреть прямо на человека. — Всякий, кто приходит сюда, ищет лишь силы. Нашей силы, человек. И как же ты думаешь, на кой еж она им понадобилась?
— Для битв, — ответил Сенсома, выждав и поняв, что вопрос не риторический. — Для войн. Для убийств.
— Верно говоришь, иголка, — вздохнул еж. — Шиноби никогда и не думали использовать Призыв для чего-то другого. Хотя знавал я одного… жабьего сеннина. Он частенько призывал своих контрактников в бани… Хороший был человек. И даже так — для битв он использовал Призыв. Очень и очень часто. А ведь был миролюбив… Вы, люди, не принесете в нашу жизнь ничего хорошего. Лишь битвы, от которых и сами жаждали бы убежать. Хотите заставить нас сражаться? Но кто из вас действительно наслаждается схваткой? Скажи мне, иголка, любишь ли ты всей душой те сражения, в которых хотел бы использовать нашу силу? Неужели тебе и правда нравится бойня больше мирного чаепития?
Перерожденный удивленно моргнул, глядя на огромного седого ежа, разъярившегося под конец своей тирады настолько, что его дыхание стало по-настоящему обжигать.
— Битвы, да? — Сенсома оскалился. — Теро-сама, да я ради них живу! Я обожаю сражения!
— Обманываешь, ради силы? — Теро нахмурился и чуть приподнялся. — Ты… Да что ты знаешь о Призыве? Свободный Призыв распределяет не случайно, он учитывает множество факторов. Гигантский лес никогда бы не стал конечной точкой пути маньяка! Не смей меня обманывать!
— Хотите сказать, что все, кто сюда попадет, не могут любить битвы? Вот оно что… — перерожденный, распалившийся от предчувствия близкого боя, показал Сонику большой палец. — Смотри, Соник, сейчас я докажу твоему хозяину, что его мнение ошибочно!
— Попробуй! — рыкнул Теро, мгновенно перемещаясь за спину парня.
Отвлекшийся Сенсома не успел среагировать, так как скорость, с которой двигался еж, была умопомрачительной. Уже понимая, что опоздал, перерожденный быстро просчитал все в голове. Огромная скорость — раз, огромные размеры — два. Размеры, по сути, равны массе, и, пусть физика и не совсем его конек, но масса помноженная на скорость равно сила, что значит, что сила удара Теро будет колоссальной.
Успев войти во Вторые Врата и укрепить тело Землей, Математик принял удар.
Теро не собирался убивать разозлившую его букашку сразу. По правде говоря — он совсем не собирался его убивать, так что и атака, произведенная им, должна была, максимум, хорошенько приложить его о стену, ближайшую, до которой долетит. Однако, увеличившаяся уже в полете масса и крепость человечка вмешались в планы ежа, отчего иголка взял, да и пробил своим телом стену «пенька», вылетая на поляну.