Девушку спасает Соник, всем своим массивным телом впечатавшийся в ребенка, и отбросивший его этим на целую сотню метров. Наоми тут же оказалась рядом с «тетушкой», сразив клона, мешавшего ей до этого, и быстро начертила вокруг них какое-то фуин.
Рисунок мягко засветился, образовывая крепкий барьер, но в него тут же прилетел кулак Демона, буквально смявший защиту! Отвлекшийся на помощи Данзо с клонами и стремительно возвращающимся оригиналом, Соник не успевал защитить девушек, а больше никто и не смог бы поспеть за сильнейшим врагом на всех фронтах.
Или все-таки мог?
Глаза Озина вспыхнули. Правый принял оранжево-синий цвет и узор калейдоскопа со знаком «Х» посередине, а левый стал темно-зеленым и в нем нарисовался узор, похожий на перекрестие прицела, с неровными волнистыми линиями. Парень тут же приложил руки к земле, и прямо между Демоном и красноволосыми девушками воздвиглась самая настоящая песчаная стена!
Враг отпрыгнул, замявшись и потеряв инициативу, но долго стоять ему не пришлось — земля под его ногами вздыбилась, и оттуда вырвался небесно-голубой пар, тут же взорвавшийся и выкинувший из себя человека. Мальчик-Учиха, вновь насевший на Данзо, отступился, будто споткнулся обо что-то, и тут же был проткнут в правое плечо стальным копьем, выросшим из-под земли прямо позади него!
— Цубаки, — будто выплюнул «Демон-Мадара».
Сенсома вернулся к отряду, и они перегруппировались, оставив Наоми и Каруми позади, давая им возможность распаковать лечащие фуин и фуин-хранилища чакры, Сенсому выставить вперед, для того, чтобы не дать врагам напасть быстро и неожиданно, а посередине оставить Озина и Данзо, дабы дать им комфортно использовать ниндзюцу.
— Цубаки, Озин? — Сенсома сплюнул кровь. — Ты из клана Цубаки?
— Меня изгнали почти сразу после моего рождения, пха!.. — парень вытер кровь тыльной стороной ладони и вытащил из-под плаща пояс с мешочками, идентичный тому, что носила Наоми. — Кхе-хке… Старики-старейшины — тупые ублюдки, оставили меня подыхать. Все бы ничего — сдох бы и сдох, но сестрица сжалилась надо мной. Ее тоже изгнали. Ей пришлось тяжело…
— Короче, ветка ты сухая, — оборвал его Соник, пристроившийся сбоку от Сенсомы. — У нас тут битва.
— Если короче, то я должен Мито-сама, — Озин вновь закашлялся. — Она нас спасла. По гроб жизни должен. У меня приказ — быть подчиненным Наоми-сама. Я его выполняю.
Сказав это, парень высыпал из каждого мешочка по три таблетки и тут же принял их все разом, запив свежесотворенной с помощью техники водой. Наоми вздрогнула, прекрасно понимая, насколько сильным будет действие всех препаратов сразу, да еще и в таких количествах.
— Если я не сдохну, то через половину часа упаду без сил, — поделился Озин вполне здоровым голосом. — Эй, пацан с разноцветными глазами, сколько ты еще можешь использовать свое тело в этом режиме?
— Если не открывать следующие Врата — минут сорок, — ответил Сенсома, следя за тем, как ученик «Демона-Мадары» перевязывает свою рану. — Есть план?
— Простой и надежный. Сражайся. Просто пойди туда, забыв о всяком прочем дерьме. И ежа этого долбанного с собой захвати. Мы справимся с тем мелким ублюдком, а потом поможем тебе с перебинтованным мудаком. Главное — дождись нас.
— Я буду в авангарде, — Данзо вышел вперед и криво усмехнулся, на удивленный взгляд Сенсомы. — Знаешь, вы с Хирузеном просто бесите своей силой. Я тоже должен себя показать.
Ветер вокруг него будто спрессовался и закружил листья и капли дождя. Он напрягся, но Озин, раскусивший его технику, положил руку ему на плечо и добавил немного своей чакры. Имея в арсенале такой уникальный геном как Стихия Воздуха (так же отличающаяся от Стихии Ветра, как Стихия Песка от Стихии Земли), он смог направить потоки чакры Шимуры в нужное русло и обезопасить его тело, хотя основную работу, конечно же, делал Данзо.
Сенсома и девушки пораженно наблюдали за рождением третьего в мире нинтайдзюцу. Нинтайдзюцу Стихии Ветра.
— Это добавит стабильности, — прокомментировал Озин, отпуская Данзо. — А у тебя кишка не тонка.
— Спасибо, — парень усмехнулся и подмигнул Каруми, смотревшей на него во все глаза. — Мы еще повоюем.