— Сенсома-сан, добрый день, — донеслось приглушенное сзади.
Приглушенное как-то странно. Маска. Крепкая маска из проводящего чакру материала. АНБУ.
— Господину Хокаге что-то нужно от меня? — не оборачиваясь спросил Сенсома.
— Он просил передать вам, что ожидает в своем кабинете до четырех часов дня, — голос бойца из отряда специального назначения был предельно вежлив. — Он хочет поручить вам миссию.
Миссию? После войны так уж вышло, что Сенсома занял очень и очень необычное положение в табеле о рангах «родной» деревни. Он был джонином высшего ранга и шиноби уровня Каге, при этом, он еще и являлся джинчурики Треххвостого Биджу, близким другом почти всех глав самых влиятельных кланов в Стране и просто героем войны. Ко всему прочему, до недавнего времени он был сильно… ограничен в жизни шиноби, из-за того что не мог пользоваться чакрой. Что-то вроде ранения, не позволяющего выполнять миссии. Да и ситуация в мире сейчас очень не стандартная.
И при всем этом Хирузену удалось придумать нечто стоящее внимания Математика Боя? Это интересно.
— Благодарю, — Сенсома обернулся. — Эм… Сурок-сан?
Боец коротко кивнул, не выказывая раздражения от того, что изображение зверя на его маске оказалось тяжело понять, и растворился в шуншине. Возможно, он был специальным посыльным, курсирующим между Хокаге и особыми людьми, вроде Сенсомы, а возможно, сейчас он вернется к своей основной работе — чему-нибудь связанному со шпионажем.
В любом случае — Сенсому ждал Хокаге.
Не сказать, что Сенсома сильно следил за политикой (и внутренней и внешней), но при Хирузене Коноха преобразилась. Стала немного другой по сравнению с той своей версией, которая была во времена правления Первого и Второго Хокаге. Конечно, там были разные условия, но…
Деревня была мирной. Совершенно. Всего за два, с небольшим, месяца новоиспеченному Третьему Хокаге удалось сделать Лист оплотом настоящего покоя и мира. Открывались магазины и лавки, строились семьи — жители Страны Огня вернулись после войны к мирной жизни невероятно быстро, и Сенсома знал — в этом огромная заслуга его давнего друга. Хирузен буквально дышал деревней и пытался сделать все возможное, чтобы ее жителям было в ней хорошо. Он заботился о них, как о родных людях, и это давало свои плоды — граждане чаще стали произносить слова «Третий Хокаге» с особым теплом.
Радоваться ли успехам Сарутоби, или горевать трудной доле Первого и особенно Второго?
— Все так сложно, — выдохнул Сенсома, входя в кабинет Хокаге после стука.
Хирузен, в своей излюбленной манере, сидел за массивным столом в удобном кресле и пыхтел трубкой. Помимо него в помещении находилось двое, и Сенсома их очень хорошо знал.
— Ты быстро пришел, — вместо приветствия сказал Озин, повернувшийся ко входу. — Видимо, ты был совсем не занят.
— Это так — я был свободен, — кивнул Сенсома, не обращая внимания на странность рассуждений джонина. — И я рад тебя видеть, Озин. И тебя… Данзо.
Темное пятно, мрачнейший человек на планете и сильный шиноби, буквально убитый горем, повернул свою голову и одарил старого друга тяжелым взглядом. Он демонстративно недовольно выдохнул, но, все же, кивнул, на мгновение сменив взгляд с давящего на спокойный и даже приветственный.
Следом он вновь повернулся к Хирузену:
— Найди мне людей, — сказал он. — Я обеспечу помещения и все остальное. Мне нужны лишь люди — первое поколение.
— Под твои запросы подходят слишком немногие, — возразил Хокаге.
— Мне не нужно количество — я ищу качества, — отрезал Данзо. — Они даже не будут агентами — лишь тренера и наставники. Ты знаешь, кого я ищу, так что действуй. И да — никаких Учих.
— Ты слишком много себе позволяешь, — буркнул Хирузен, отводя взгляд. — Но ты прав. Я что-нибудь придумаю.
Удовлетворившись этим, Шимура развернулся и быстрым энергичным шагом вышел из кабинета. Как только звук его шагов затих, напряжение в помещении упало в десять раз. Через семь секунд после того, как Сенсома перестал чувствовать его чакру, оно упало еще в десять раз.
— Он изменится, — неуверенно начал Сенсома. — Дай ему время, ладно?
— Дай время, найди людей, поцелуй в зад, — Сарутоби раздраженно фыркнул. — Я все это понимаю, Сенсома, но от этого не легче. Он просит меня об опытных людях. Просит о создании личной структуры. Да нет, даже не просит — он, Биджу съешь, приказывает!