Улыбающаяся Смерть стояла на пригорке, в семи метрах от него, и пристально смотрела ему в глаза. Высокая, сильная и решительная — она была точно такой же, какой он запомнил ее по боям на фронте с Ветром. Хорошая противница. Интересный соперник. Достойный союзник.
Слегка улыбнувшись, Сенсома шутливо поклонился.
Очередной летун вскрикнул от боли и полетел на землю — Озину удалось-таки найти ключик к их защите, и сейчас, раскрыв ее, он все увереннее поражал свои цели одну за другой. Шиноби Песка приободрились и тоже стали наседать на наземные и воздушные силы отряда Неба.
И тогда они закричали.
Вопль безвыходной злобы и ярости заполнил собою все небольшое поле боя и небо над ним. Оставшиеся шиноби Неба буквально выли по-звериному, и этот вой пробирал до костей. Один из наземных бойцов — самый крепкий и сильный с виду, отбросил своего оппонента и отпрыгнул назад, на лету складывая печати. Все летуны, оставшиеся в небе, синхронно сбросили все имеющиеся у них бомбы и… бросились за ними же.
Хотя нет, не все.
Пятеро самых резвых летающих шиноби Неба зависли над своим одиноким наземным товарищем, изобразив над ним какую-то причудливую фигуру. Так же, как и он, они сложили печати, их чакра начала густеть и темнеть, буквально разлагаясь и испуская зловещее зловоние. Все оставшиеся воины бросились в самоубийственные атаки и буквально сами насаживались на короткие мечи и кунаи суновцев.
Чие и Сенсома нахмурились, а Озин зевнул и, вытянув руку в сторону оставшихся и явно исполняющих некий ритуал шиноби Неба, выстрелил по ним смешением Воздушной, Огненной и той черной Стихии, которую он использовал в бою против Мадары.
Мощный взрыв, произошедший в ходе столкновения техники Цубаки и воинов Неба, закрыл за собою последних, но один-единственный импульс полностью измененной, извращенной темной чакры, развеял дым и пыль.
Оставшиеся шестеро шиноби больше напоминали собою демонов. И их преобразившаяся темная чакра только утверждала всех в этой мысли.
Один из летунов дернулся, и мгновенно оказался рядом с одним из суновцев! Обычный удар рукой, попавший вскользь, и воин Песка падает бесформенной грудой костей и мяса!
— Эт хреново… — вздохнул Озин. — Эй, громила, кинь в меня мешочками?
На его голос отреагировал другой летун и таким же быстрым движением и ударом врезался в парня. Но тот не был обычным джонином, а потому сумел выдержать атаку с помощью выставленной вовремя защиты, а с помощью додзюцу подстроить так, чтобы удар отправил его в полет прямо к ногам Сенсомы.
Математик взглянул на полностью активировавшего свои додзюцу Цубаки и протянул ему мешочек.
Одновременно с этим входя в Шестые Врата.
Изменившие цвет чакры шиноби Неба стали куда сильнее физически. Их удары заставляли содрогаться даже крепкие блоки опытных шиноби Песка, а тех, кто блока выставить не успевал, они убивали на месте или, если повезет, сильно калечили. Рядовым шиноби против такой силы делать было нечего — это была не та ситуация, которую можно было бы выиграть с помощью какой-нибудь хитрости.
А потому в дело вступала грубая сила.
Сенсома сблизился с единственным наземным шиноби Неба и резко его атаковал. Его мозг работал во всю и анализировал каждое движение оппонента. Скорость, сила, навыки — опыт Математика Боя позволял четко определять противника перед собой. Он выбрал тактику раздергивания, для получения как можно большей информации в кратчайшие сроки, а потому резво скакал вокруг фонящего темной чакрой чудовища, совсем недавно бывшего человеком.
И чудовищу это не нравилось.
Оно бесновалось, нанося бездумные и слепые удары, так что Математик тут же сделал вывод, что бывший шиноби Неба потерял разум. Ни один из достаточно опытных мастеров тайдзюцу (коим его противник явно когда-то был) не стал бы совершать столь бездумные и напитанные голой яростью выпады.
Яростный удар! Холодный блок и мгновенная контратака. Достать и поймать в тиски! Прыжок назад, одновременное формирование сразу трех Земляных Стен, напитка в них фуин-взрывов и детонация. «Неожиданная» атака с воздуха в прыжке, совершенная с помощью поднявшегося после взрыва дыма! Сильный бросок меча без замаха.
Чудовище упало, сбитое точным попаданием, но сразу же начало вставать. И это при том, что у него было насквозь пробито горло!