Сказав это, девушка распаковала десяток своих кукол и бросила их в атаку на бывших союзников! Ей было тяжело — она и правда хотела, чтобы был какой-нибудь другой выход, но она так же и понимала, что мира и согласия между Великими Странами не будет. По крайней мере — не Сенсома тот человек, что мог бы его принести. И уж точно не Хирузен, вновь закрывший себя, Тоширо и друга в непроницаемый купол из фуин.
— Тоширо-сама, ваши люди эвакуированы? — поинтересовался Хокаге.
— Да, — кивнул Узукаге и посмотрел вниз. — Все как вы и говорили, Хокаге-сан.
— Приступайте к перекачке чакры. Сенсома, будь добр — доверься Тоширо-сама. Он знает, что делает.
Узукаге кивнул перерожденному и, встав позади него, положил руки ему на плечи.
— Может быть объяснишься, Хиру? — угрюмо спросил Сенсома у друга, чувствуя, как чакра Узукаге входит в контакт с его собственной.
— А смысл? Ты же и так почти все понял, — Сарутоби сосредоточенно сложил еще несколько печатей, и вся троица оказалась прямо в кабинете Узукаге. — Уф! А техники сенсея куда сложнее, чем можно подумать.
Сказав это, Хокаге смерил друга взглядом, удовлетворенно хмыкнул и прошелся вдоль стены. Найдя стул поудобнее, он сел, закинув ногу на ногу и тут же закурил.
— Чие была права — их поступок — эта агрессия — единственный путь, — начал он. — Если Каге удастся уничтожить тело, в чем мы с Тоширо-сама сильно сомневаемся, кстати, то одной большой проблемой у нас будет меньше. Реликвия и артефакт, да… но слишком уж опасная это реликвия. Впрочем, если бы было возможно, Узумаки уже давным-давно бы ее уничтожили. А это значит, что невозможно. Что же тогда, Сенсома? Пять Великих Стран избрали бы место… пусть будет та же Страна Когтей, не важно. Там бы покоилось тело и там бы его охраняли шиноби из каждой Великой Страны. В какой-то момент Небо бы решило напасть и захватить тело. И ему бы это могло удастся. Заключить союз с кем-нибудь из охраняющих Стран, или со всеми. С теми же Узумаки, допустим, пусть мы им и доверяем. Или попробовать объединить силы Малых Стран. Вариантов множество.
— Тогда это моя ошибка — начало бойни, — выдохнул Сенсома. — Я ведь рассказал все Казекаге.
— Ну… может быть и так, — Хирузен пожал плечами. — Хотя я не думаю, что это — такая уж ошибка. Туман о теле знал. Небо могло бы использовать его, чтобы добраться до тела. Или того хуже — всем растрепать о его существовании. И тогда бы Каге были не столь вежливы, как сейчас — они бы вновь начали войну на уничтожение. Признаться, Небо очень опасно в этом плане — у них есть та информация, которая может стать решающим аргументом, а вот мы про них ничего не знаем.
— И все же, ты что-то задумал.
— Конечно. Для начала — мы ослабим чакру Рикудо, запечатав как можно большее ее количество в тебе.
— Чего?
Сенсома дернулся было, но Узукаге держал его крепко. Только теперь перерожденный, и прислушивающийся из его подсознания Исобу, почувствовали, как внутри закручивается тугая спираль чакры.
Чужеродной, но такой родной.
— Узукаге-сама — лишь проводник этой силы в наш мир — он не может хранить внутри себя большие ее объемы, — продолжал Хирузен. — И, когда тело Рикудо будет деформировано, он потеряет большую часть своих сил.
— Хорошо еще, если я вообще выживу, — мрачно усмехнулся Тоширо.
— Выживите, — кивнул ему Хирузен. — Чакра же не будет уничтожена — она просто будет в Сенсоме.
— Это получается, что я получу силу Рикудо? Ту самую ее часть, что так нужна Исобу? — ошарашенно прошептал перерожденный.
— Не совсем, — вмешался Биджу. — Судя по всему, из тебя просто сделают сосуд. Кривой и полупустой, но способный сохранить хоть какие-то останки чакры Отца. Если чакра приживется, ты даже сможешь использовать толику ее силы, однако, чтобы полноценно ею владеть, тебе нужно будет вновь повторить тот безумный трюк с избиением его тела. А это, как ты понимаешь, уже нереально.
— Надежный сосуд для чакры, не владелец, — кивнул словам Треххвостого вспотевший Узукаге. — Ты будешь чем-то вроде живого артефакта, Сенсома. Но бесполезного, без активации чакры. Правда, активировать ее можно будет и другим способом, нежели биение святых мощей, но об этом как-нибудь… в другой раз.