Но Мито, как и ее доводы, были попросту непроходимы. Был лишь один человек в мире (из тех, кого знали присутствующие на этом «закрытом совещании»), который мог бы стойко выдерживать все ее «нападения» с предложениями и так же стойко их отвергать. Нет, не ее легендарный муж и даже не не менее легендарный отец. Лишь Тобирама — Второй Хокаге, бывший упрямцем с неопровержимыми доводами куда большим, чем даже химе Узумаки.
Хотя… Третий Хокаге, вместо этого, умел делать довольное лицо при плохой игре.
— Что же… — неожиданно по-доброму улыбнулся он. — Сенсоме и правда следует некоторое время побыть в Конохе. Продолжительное «некоторое время». Ему нужно до конца освоить все, что он приобрел за последние два года. Остановиться, отдохнуть… Тут вы правы, — Мито заметно расслабилась, а Сенсома скривился, но по его лицу было видно — к этому он был готов еще до прихода в этот кабинет. — Однако… Я не могу позволить одному из сильнейших шиноби в Стране просто просиживать штаны дома или бесконечно пропадать на тренировках. Если уж хотите, чтобы он оставался в селении хотя бы пару лет, пойдите мне навстречу, Мито-сама. У меня есть для него идеальная должность…
— Вот как? — подняла одну бровь Узумаки. — Интересно послушать…
— Ни! За! Что! — ворвавшийся в кабинет Хокаге Сенсома так резко впечатал документы, которые нес в руках, в стол, что тот почти сломался. — Это же была шутка, да?! Я шел с этими документами по улицам… пару раз заплутал — ну так я в деревне вообще редко гуляю… А потом вышел на знакомый полигон. И путь меня вел в, Хирузен не смейся, гребаную Академию! — Сенсома возмущенно взглянул на друга сверху вниз. — Это шутка?!
Хокаге, сдерживающий смех до последней фразы, не выдержал, и, наконец, расхохотался в полный голос. Возмущение в голосе, решительность в движениях и паника в глазах непобедимого, и неустрашимого Математика Боя могли позабавить кого угодно.
— Директор Академии, — отсмеявшись, выдохнул он. — Шутка была отличной, но это — правда. С этого дня, ты — полноправный
директор Академии Шиноби Скрытого Листа. Все подписи стоят, и, поверь мне, Мито-сама не придет сюда разбираться — с ней мы это уже обговорили.
— Вы заперли меня в четырех стенах, а теперь делаете это! — взвыл джонин. — О, Тобирама-сенсей, ну на кого вы меня покинули?! Я не против мирного времени в Стране Огня, равно как не против, наконец, приступить к тренировкам и стать сильнее, но директор!.. Я же не могу учить! Я просто самый бездарный преподаватель на свете!
— Ну не скажи — меня и Данзо ты неплохо натренировал, — пробормотал еле слышно Хокаге. — К тому же, ты тренируешь и того парнишку… Как его? А! Майто Дай! Точно.
— Это — тренировки! — тут же возразил Сенсома. — Тренировать — много ума не надо. Но учение… Ох, Ками!
— Ты не должен лично обучать каждого или хотя бы кого-то, — напомнил Хирузен. — Можешь сидеть в кабинете, получать зарплату и медитировать себе с Исобу на здоровье. У тебя будет много работников, которые сделают все за тебя.
— И мы получим послевоенное поколение шиноби-неумех, — мрачно зыркнул на друга Томура. — Отлично. «Первый директор Академии Слабаков»! Просто здорово!
— Что же, — усмехнулся Сарутоби. — Тогда предлагаю сделку. Взаимовыгодную.
— Излагай, — буркнул Сенсома, садясь напротив.
— Ты должен будешь взрастить одно поколение шиноби, — поднял палец вверх Хокаге, улыбаясь тем шире, чем кислее становилась мина на лице его друга. — Полностью. То, которое поступает в этом году и до самого выпуска. И они должны мне понравиться. Раз уж мы будем ждать войны, Неба или Мадары здесь, времени у тебя будет достаточно. Заодно и форму терять не будешь. Что же до награды — я обещаю тебе битву с любым союзным Стране Огня шиноби или группой шиноби. В полный контакт, но, естественно, не насмерть.
— Любым? — усмехнулся Сенсома, будто бы мигом забыв о ненавистной должности. — И даже, например, с Тоширо?
— Договорюсь, — слегка подумав, кивнул Хокаге. — Еще и телохранителей к нему приставлю.