— И что же мне теперь… — потерянно прошептал Косуке.
— Вернемся в Коноху — получишь джонина, — уверенно сказал Математик Боя. — Я его тебе хоть из Хокаге самолично выбью. Потом получишь выпускников. Майто Дай, Хьюга Джунпей и Тоока Умино. Два будущих мастера тайдзюцу и дочка заместителя директора Академии. Они — хорошие дети, но с рождения им немного не повезло. Будешь учить тех, кто при обычном учебном подходе Конохи едва ли смог бы дорасти до уровня чунина. Троица уникальных «потенциально-вечных генинов», и ты, придурок, тоже. И если команда у тебя за год тренировок останется слабой, то я верну тебе звание генина, и ты будешь всю оставшуюся жизнь знать, что ты виновен в смертях. Во всех смертях, которые только ты можешь себе представить. Будешь жить как дезертир и предатель. И, заметь, твоего разрешения я не спрашиваю.
Косуке молчал. Молчал он, и когда вернулись все остальные. Данзо мазнул по нему незаинтересованным взглядом, Озин вообще не заметил, а Кагами с Юки, начав немного приглядываться, бросили это дело и обратили все свое внимание к костру, разведенному Сенсомой.
Им предстояла долгая ночь. И такой же долгий разговор. Серьезный разговор.
— Цель задания меняется, — сказал Сенсома, убедившись, что его все слышат. — Наша миссия усложнилась — нам нужно не только устранить Орои Цубаки, но и защитить Цубаки Юки от него. Условия устранения Орои прежние — мы не должны позволить ему сбежать. Да и добраться до жилых мест тоже.
— С чего бы такая щедрость? — выгнул бровь Данзо. — Ему нужна девчонка — пусть берет. Это не наши проблемы, — он перевел взгляд на насупившегося Озина. — И тебе, кашляющий придурок, должно быть это известно. Так обстоят дела — твоя сестра только мешает Конохе.
— Если взглянуть со стороны — так все и есть, — кивнул Кагами, но потом пожал плечами. — Хотя я воздержусь от оценки — последую за нашим капитаном.
Юки нахмурилась и сложила руки на груди. Впрочем, большого раздражения она не испытывала — эти шиноби действительно в ней не нуждались. Она им все портила. Это было логично.
— Я против! — категорично сверкнул глазами Озин, забыв даже раскашляться. — Ему я ее не отдам! И никому другому тоже!
— И не придется, — успокоил его Сенсома. — Юки Цубаки находится под защитой Конохи. Так было решено голосами двух… с Кагами даже трех шиноби Листа.
— Я — советник Хокаге, — буркнул Данзо, но без явного огонька — просто для проформы.
— А я тебе нос сломаю, — в тон ему ответил Сенсома. — А еще, я — тоже советник Хокаге. И ему я тоже нос, если что, сломаю. И вообще всем. А еще я — директор Академии.
— А еще я был учеником Мадары и Миямото Мусаси! — вновь «хохотнул» Исобу внутри. — Юки, смотри, я крутой!
— Ты устанавливаешь свои правила — Хокаге такого терпеть не должен, — между тем ответил Данзо.
— Мне предлагали красную шляпу, а значит — я могу спорить с Хокаге, — парировал Сенсома. — Кроме того, я не устанавливаю правила. Я просто не подчиняюсь тем, которые мне не нравятся.
— Я восхищена, — шутливо похлопала в ладоши Юки. — Ты так щедр, Сенсома…
— За мою щедрость ты еще мне отплатишь, — усмехнулся Сенсома, чувствуя, впрочем, как от двусмысленности фразы у него розовеют кончики ушей. — Для начала — ответами. Мне нужна вся имеющаяся у тебя информация. Все, что может помочь в бою с Орои.
— И про Мокутон не забудь, — напомнил девушке Данзо. — И не лги нам.
Кагами чуть наклонился, подавшись вперед, и активировал Шаринган. Озин явно напрягся от такого, но его сестра являла собой воплощение спокойствия. Она была не против. Ей было все равно. Ведь лгать она даже и не думала.
— Мокутон? — девушка усмехнулась. — Хорошо, я расскажу. Но, для начала, вы сами-то что о нем знаете?
— Сильнейший кеккей генкай — единственный, кто им пользовался — Первый Хокаге. Позволяет использовать Древесные техники, — выпалил Данзо. — Не нужно играть с нами.
— «Сильнейший кеккей генкай», — передразнила его Юки. — А с чего ты это взял-то, хмурый парниша? Только ли из-за того, что Мокутон был основным оружием Хаширамы Сенджу? Так Первый Хокаге не только благодаря Мокутону был силен. Даже не так — Мокутон вообще не важен. Даже без Стихии Дерева Хаширама Сенджу был бы Богом Шиноби и сильнейшим под небом. Но, раз уж она у него была, он ее использовал. Он умел использовать все пять основных элементов, был сеннином и много чего еще.