— Шестерых, — перерожденный задумался. — Они и правда были сильными. Думаю — шестерых разом хватило бы, чтобы меня остановить.
— Это с учетом Восьмых Врат? — вскинулся Кагами.
— Без, — откликнулся Томура.
Одноклассники посмотрели друг другу в глаза и одновременно кивнули. Они уже говорили об этом. Еще одной причиной назначения сюда именно Сенсомы могли быть Врата. Пожертвовав собой, парень смог бы переломить ход практически любой битвы. Учиха не знал, что Тобирама возлагал надежды на Сенсому, как на воспитателя для своего сына. Но даже Сенсома, прекрасно это понимающий, все равно думал, что учитель мог им пожертвовать.
Если другого выхода не будет.
— Не забывайте о непонятной «Стране Неба», — напомнил Шикокура. — Что бы это ни было, но оно тоже поддержит Песок. В итоге — у нас два могучих врага, а мы сами…
— Полторы тысячи шиноби. В основном — чунины. Генинов самый минимум, а джонинов… В общем — их всего три сотни, — это уже начал зачитывать последние данные Варай Таккецу. — Юхеев поболее — три тысячи, но это вместе с ранеными разной степени. Атака же Ветра, судя по данным, полученным господином заместителем командующего, будет проводиться силами, превышающими наши примерно…
— В шесть раз, — угрюмо кивнул Сенсома. — И это — с учетом того, что на нас не выйдет Казекаге и их джинчурики.
— И у них будут резервы, — напомнил Кагами. — Много резервов — мы сражаемся с целой страной. Шестикратное преимущество в живой силе можно было бы как-нибудь отыграть, но…
— Атака должна быть произведена в течение недели, с учетом того, что они уже знают об утечке информации, — Шикокура нахмурился. — А плана у нас нет.
Все замолчали. Ветер не был сильнейшей из Великих Стран, противостоящих Огню, но и фронт, противостоящий ему, однозначно был самым слабым, если смотреть в глобальных масштабах. До прихода Учих с Сенсомой Песок нащупывал слабости Листа, так что и действовали они осторожно. Конечно — можно было бы сразу налететь всей своей армией нахрапом, и у них бы даже получилось бы победить, но потери были бы ужасны.
А ужасные потери никому не нужны.
После вмешательства Сенсомы, буквально в одиночку изменившего баланс сил, стратеги Ветра занервничали. Песок проигрывал в локальных стычках все чаще и чаще, Коноха давила, а последнее дерзкое нападение на пункт передачи информации и его успех говорили о том, что фронт с Ветром стал чуть ли не самым «легким» для Огня.
И вот теперь Ветер займется ими вплотную…
— План я придумаю, — пообещал Сенсома, прерывая молчание. — Но лучше — чтобы думали все. Перед нами стоит задача, и её условия мы знаем. Нам нужно взять все, что мы имеем, и решить ее. Времени мало.
— Повторное собрание сегодня в полночь, — объявил Кагами, жестом приказывая Сенсоме и Тецу остаться. — Пока что — свободны.
Поклонившись главному командующему, остальные удалились. Кагами, не смотря на неопытность, не только поддерживал своего неугомонного друга в его начинаниях, но и сам активно придумывал стратегии и тактики. Пару раз ему даже приходилось выходить на поле боя, так что противники знали командующего врага в лицо и тут же нарекли «Наследником Монстра», делая отсылку к Мадаре и его Сусано.
— Есть мысли? — спросил Учиха у одноклассников.
— Это будет слишком уж тяжело, — признался Тецу. — Но мы можем закрыть этот фронт, если заберем с собой всю шестерку их элитных тысяч.
— Цена — жизни всех людей в лагере, — напомнил Кагами.
— И я это помню…
Оба Учихи обратили свои взгляды на Томуру, старательно складывающего длиннющую (в сто печатей) серию жестов. Новая техника ранга S, секрет которой знали лишь члены третьего класса, вместе с которыми парень ее и создавал (Сэдэо и Хирузен тоже помогли ему, пусть и по переписке). Мощная, невероятно опасная в руках у такого, как Сенсома, но все равно не дающая того желанного преимущества, которое помогло бы им победить.
— Я обещаю к вечеру представить вам всем план победы, — сказал Сенсома после того, как завершил складывать все печати. — Но сейчас я должен идти на полигон — меня ждет последнее испытание.
— Считаешь, что уже готов использовать ее? — удивился Кагами. — Ты занимался ею всего четыре месяца.
— Она не несет в себе ничего принципиально нового, — пожал плечами парень. — Пусть и сама является этим «принципиально новым». Не волнуйся — я справлюсь.