Сказав это, он вышел из палатки, оставляя двух удивленных его невозможной… невозможностью Учих в одиночестве.
— Получилось! — выдохнул Сенсома, открывая глаза.
Он сидел в позе лотоса, уперев обе руки в землю, а вокруг него валялись развороченные взрывами камни и выкорчеванные с корнями деревья. Хьюга-наводчик, с которым они сегодня в последний раз отрабатывали совместное применение новой техники перерожденного на полную мощность, был бледен — он еще никогда не видел, чтобы один шиноби мог вытворять подобное, и был очень рад, что этот шиноби находится на их стороне.
— Каков ваш расход чакры, Тонро-сан, — спросил его Сенсома.
— Я в-в порядке… — белоглазый выглядел по-настоящему ошарашенным. — Господин заместитель… а-а… а ваши запасы… они…
— Все именно так, как ты видишь — КПД у техники чудовищный, — юноша довольно зажмурился. — Именно в этом, по сути, и заключается все ее действие. Ладно, не важно. Сколько сейчас времени?
— Одиннадцать.
— Очень хорошо, — джонин поднялся. — Иди отдыхай. В предстоящей битве будешь со мной, хорошо? У нас неплохо получается работать в команде.
Получив согласие, а так же низкий поклон, перерожденный тяжело вздохнул и неспешно потопал к лагерю. Его новая техника и правда была сильна, но выиграть им войну она не поможет. Более того — ее даже не хватит на то, чтобы выиграть хотя бы одно решающее сражение, максимум — перехватить инициативу в нужный момент. Сенсома не обманывался — его новое оружие не будет эффективно против сильнейших джонинов противника, оно хорошо сработает на средних (по уровню) джонинах и сможет быть подспорьем в бою против сильных, но и только.
Что до плана победы — перерожденный не шутил — он у него был. Вполне себе план и вполне себе победы. Главное — убедить Кагами в том, что это сработает.
Пусть собрание и было назначено на полночь, все командующие и их приближенные лица были уже на месте. Те, кто решает судьбу фронта с Ветром, те, кому Тобирама доверил совершить невозможное. По их взглядам можно было сказать одно — они готовы умереть за эту страну, но они не умрут без боя.
— У вас было время, — взял слово Кагами. — И теперь я жду от вас предложений.
План Тецу был прост — заманить врага на территории страны и поджечь леса, предварительно осушив все более-менее крупные водоемы. После — напасть с тыла, куда пробраться можно будет по многочисленным рекам Страны Рек. Простая, но эффективная стратегия, подразумевающая неожиданное нападение и все его плюсы.
Мусаси был оригинальнее и предложил встречать шестикратно превосходящие силы совершенно без юхеев. Воинов, не пользующихся чакрой, Бог Самураев предлагал запустить в Страну Ветра, где достойного сопротивления им не окажут, ввиду битвы на фронте с Огнем. Плюсы такого решения очевидны — три тысячи солдат просто-напросто обескровят Ветер до такого состояния, что он больше не сможет участвовать в войне, а если им, все же, решат серьезно помешать, то шиноби Листа будет куда проще сражаться с постоянно раздергиваемыми на два фронта шиноби Песка.
Шикокура просто раздал каждому по свитку, в котором был описан его план. Вернее не план, а целая цепочка различных хитростей, обязанных срабатывать одна за другой, чтобы в итоге уменьшить отставание по живой силе Конохи от Суны. Сложный ветвящийся вариант, продумать и предугадать который не сможет ни один стратег врага. Диверсии, засады, ловушки, почти беспроигрышные стычки — в шахматах или сеги такая комбинация сразу бы стала шедевром.
Но мир — не шахматы или сеги.
— Предложения дельные, особенно если их объединить, — Кагами задумчиво всмотрелся в карту. — Но все они предполагают… огромные потери и с той и с другой стороны. Наша цель — не уничтожение сил Песка, а удержание фронта. Сенсома?
— У меня есть, что вам предложить, — улыбнулся перерожденный, поправив очки. — Первое — каждый из планов точно должен быть использован, пусть и в урезанном виде. Кагами прав — мы не должны разбивать силы Суны, равно как и не должны дружно помереть здесь. Поэтому я предлагаю вариант, который совместит лучшие идеи из ваших планов, но, при этом, позволит нам обойтись с минимальными потерями.
— Я уже готов начать тебя обламывать, — усмехнулся Шикокура. — Слишком гениальным ты пытаешься себя выставить.