— Математик? — перерожденный сплюнул кровь, вставая. — А раньше вы меня по-другому называли…
— Это как же? — девушка сделала вид, что удивилась.
— Берсерком Конохи, — оскалился Сенсома. — Хочешь покажу почему?!
Быстро, насколько это вообще возможно, он вошел в Пятые Врата и буквально выстрелил собою в джонинов Песка! Девушка такой скорости от него точно не ожидала, но мужчина оказался не менее быстр, а потому успел заблокировать его атаку!
Удар в челюсть — блок. Подножка — прыжок. Захват — остановлен. Два мастера тайдзюцу сошлись в ближнем бою на огромной скорости, но ни один из них не мог одолеть соперника. Тогда Сенсома сложил печать одной рукой, уже заученно выстраивая за спиной противника Земляную Стену. Но суновец сразу же почувствовал неладное и, с силой оттолкнувшись ногами от очередного блока Томуры, отпрыгнул назад, проламывая спиной Стену.
Сгруппировавшись, он мог это делать так же легко, как прыгать в кусты.
— Акасуна Чие, по прозвищу Улыбающаяся Смерть, — усмехнулся Сенсома, шутливо кланяясь противнице, о встрече с которой долго мечтал. — И, конечно, Ганс — Мастер Тела — сильнейший, после Казекаге, шиноби в Стране Ветра. Третья и четвертая строчки в Книге Бинго. Я безумно рад, что за мной пришли именно вы!
— Что за… Ганс! — Чие отпрыгнула назад, как и мужчина, на ходу призывая из свитков кукол, полностью идентичных живым людям.
— Дракон! — выдохнул джонин, с каким-то детским восторгом смотрящий на врага.
— Сенсома Томура, к вашим услугам, — вновь поклонился Математик. — Начнем наш танец, пожалуй. Вы не против?
Не ответив, Ганс принял стойку активации. Он никогда не произносил название этой техники вслух в бою, но Чие знала, что сейчас делает один из ее любовников. Шестая Активация Вдохов Семи Небес — высшая дань уважения противнику и его силе! Еще никто в тренировочном бою не заставлял его использовать это, да и в настоящих он доходил лишь до Шестой Активации, не демонстрируя Седьмой — последней.
Но коноховец не растерялся, набычившись и активируя Шестые Врата. Печать, наконец, раскрылась, даруя своему хозяину прорву чакры, и он тут же прогнал ее по телу, максимально усиляя его. До получения частицы чакры Рикудо он бы смог приблизиться к своим нынешним показателям скорости и силы лишь после открытия Седьмых Врат, но их активация подождет — мало ли какие подкрепления придут к суновцам.
Мир замер всего на мгновение, и даже воины, сражавшиеся на других точках, почувствовали напряжение, исходящее от Минного Поля. Кагами с Тецу одновременно вскинулись, чувствуя, что их друг вступил в прямой бой, а Орои досадливо выдохнул — его лучшие воины не смогли решить проблему быстро, а это значит…
Все решит личная сила!
Свист ветра в ушах, казалось, заглушил даже боевой клич Ганса, немыслимым пируэтом влетевшего в Сенсому! Чудовищной силы удары посыпались с обеих сторон, но их тут же встречали небывалого мастерства и умения блоки. Перерожденный Сенсома Томура, знающий десятки стилей ближнего боя из прошлой жизни и выучивший сотни подобных стилей в этой, наседал на противника благодаря ударам «больше возможного» и своему колоссальному опыту! Ганс Окуба — непревзойденный мастер тайдзюцу Страны Ветра с таким же огромным опытом, что и Сенсома, почти ему не уступал, используя свои личные уникальные техники. Ближний бой — вся его жизнь, и сейчас эта жизнь стоит на кону в бою с таким же как он!
Это ли не настоящее испытание для Льва — мастера битвы на кулаках?!
Скорость их движений была настолько огромной, что Чие еле могла уследить за ними, но, все же, могла. Ее марионетки, сделанные специально для ведения ближнего боя, наседали на Математика с двух сторон — большего девушка на таких скоростях себе позволить не способна. Безумно прочные, усиленные ее чакрой и таящие в себе множество ядов, ее куклы больше отвлекали на себя внимание, чем всерьез атаковали врага, обменивающегося безумными ударами с Гансом.
Подпрыгнуть, пропуская удар одной из марионеток под собой, и давая ей ускорение левой рукой, чтобы она впечаталась в другую. Суновец подпрыгивает за Сенсомой и пытается достать его ногой. Он быстр, но его движения принадлежат к какому-то определенному стилю (или же десятку стилей) и повинуются его шаблонам (или десяткам шаблонов).