Казалось бы, вот он. Вот он успех. Вот определенные заслуги. Если с источником мне повезло невероятным образом, то теперь у меня есть еще и кремниевое месторождение. Тоже с людьми и достаточно богатое. Моя победа. Вот только это никак не поможет мне в том, чтобы поднять настроение. Хорошее событие, и не с кем его разделить. Не слугам же рассказывать, как ловко я победил целого ветерана. Никто не оценит по достоинству, да и не хочется мне им рассказывать. Такое хочется рассказать кому-то близкому. Таких у меня было трое – вот только наставника лучше не беспокоить, он должен пролечиться до конца, а Бой и Ло где-то в лесу с будущими членами моей охраны, наверняка ложатся спать.
– А чего это ты нос повесил! Спишь, что ли? – прозвучал неожиданно мужской голос недалеко от меня.
Я резко повернулся и увидел зрелого мужчину лет пятидесяти с подносом и чайным набором в руках.
– Ты кто?! – зло спросил я. Мало того что мое уединение нарушили, так еще это сделал какой-то слуга, причем совершенно вульгарно и нагло.
– Что, не узнал? Ха-ха! – выкрикнул он и улыбнулся белозубой улыбкой, после чего поставил поднос с чаем передо мной. Этот мужик мне кого-то напоминал, но я не понимал кого. Поэтому не стал ничего говорить, просто пытаясь пристально вглядеться в него.
– Я все равно тебя не знаю! У меня сегодня праздник, поэтому тебя не будут наказывать! Иди отсюда и больше на глаза мне не попадайся, – ровно ответил я. Казался он мне знакомым или нет, но я предпочел бы отправить его подобру-поздорову, пока не сорвался.
– И что ж у тебя за праздник-то такой сегодня? – уточнил он, совершенно не боясь меня и не собираясь уходить. Похоже, что на мои слова ему было плевать. Вот только я абсолютно беспомощно выглядел, ну не бить же мне его «молнией». С другой стороны, он не хочет уходить и не боится, а это странно.
– Победа в дуэли… И если ты сейчас же не встанешь со стула, то мне придется показать, как именно я одержал победу… – ответил я. Мне оставались только угрозы. Если мне придется его бить, это будет совершенно беспомощно.
– Не узнаешь, значит? – уточнил он. И видя мое напряженное молчание, засмеялся и только потом сказал: – Я себя тоже сразу не узнал… Эти целители сделали меня совершенно другим. Я мало того что выгляжу более свежим, так я и внутри более свежий. Вот что я тебе скажу: целители – это очень серьезные люди. И я понимаю, что тебе это ничего не скажет, но… Я даже с девушкой смог развлечься…
А до меня потихоньку стало доходить. Особенно, когда мужик стал говорить про то, что сам себя не узнал, и стал снимать с себя одежду. Те же самые знакомые движения и простая одежда. Только вот лицо молодое, а также полностью побритое и загоревшее. Да и голос совершенно другой. Поэтому я его и не узнавал.
– Наставник? – все еще не веря, спросил я.
– Хех. Я. Тот самый! – сказал он. И, скинув с себя все, запрыгнул в ванну. – Ох, это совсем другое дело. Хм. Здесь вода явно получше той, что снизу. Здесь даже запах от воды другой. Хе-хе, явно лучше, чем морская соль из мешка. Да?
– Да? – оторопело сказал я. И это было удивительно. Десять дней назад я оставил старика. А сейчас передо мной был пусть и не молодой, но мужчина. Я прошептал: – Это невероятно.
– Невероятно то, что я мог совокупиться с женщиной, парень! – сказал мне громко Ё Лунь. – Да, обновили организм. Да, подлечили. Да, дали сильную виагру… ну и сердце подлатали, когда оно чуть не остановилось, но это было просто невероятно.
– И что? Это навсегда? – уточнил я.
– Вроде как да, но мне нужно будет посетить их еще где-то через полгода, и даже могут сделать меня еще более молодым. Представляешь? – глаза у Ё Луня были расширены до невозможности. Глаза были живые, в них был блеск, и это было видно невооруженным взглядом. Он был счастлив и не совсем адекватен.
– Чаю? – предложил я.
– Да? Давай! – сказал он и, обернувшись, разлил горячую воду из чашечек по пиалам: – Спасибо, я не ожидал, что все будет именно так. Так здорово снова почувствовать себя молодым.
– Что это? – удивился я, едва глотнув немного чая. У него был хороший вкус, и он был зеленый и мягкий. Раньше Ё Лунь называл такой чай не иначе как ослиной мочой.
– Это меня когда-то крепко по голове ударили и я вкусов не чувствовал, вот и пил самый крепкий и дешевый напиток, чтобы пробирало. Теперь все по-другому, – хмыкнул он. – Вот, восстановили вкус. А помнишь, я говорил, что этих пальцев не чувствую?