Серые глаза расширились от удивления.
— Титан? Та мифическая раса, о которой так мало известно? Я думала их вовсе не существует.
— Не существует демонов, а титаны, как я уже говорила, живут где-то на севере. Они обычно белокрылые, но если титан и представитель любой другой расы сойдутся, то крылья их ребенка окрашиваются в черный.
Рия посмотрела на Рэя, который шел с пустым выражением лица. Как он очутился в людских землях? Через что он прошел? Кто его родители? Она хотела задать эти вопросы, но либо он не хотел говорить, либо сам себе задавал подобные.
— Мне понадобится твоя помощь. Я не смогу держать его и одновременно концентрироваться на управлении маной.
— Не переживай, он справится и так. У него же нет чувствительности.
Эта фраза будто кол в сердце Рии. Титания права, это только ей так всё тяжело дается и так не везет.
— Рэй, ложись удобно. Успокойся и готовься как можно больше держать себя на одном месте.
Парень послушно лег на живот, расправив крылья. Вдох-выдох.
Маленькая холодная ладонь легла ему под основание крыльев и после ощущалась только боль. Её мана проникала в его магические потоки, заставляя их расширяться и ускорять течение. Потом добавилась капля чистой маны из окружения, увеличивая общую концентрацию энергии в Рэе. Он держался хорошо, по сравнению с девочкой, которая ранее корчилась, пиналась и била руками всё вокруг, сжимая до глубоких отметин деревяшку в зубах. Казалось, ему было не больнее, чем при вправлении вывиха крыла.
— Пока хватит, — Рианнон убрала руку и села на траву.
Но полукровка схватил девочку за плечо, приподнявшись на локте.
— Ещё… — прохрипел Рэй, тяжело дыша. Он взглянул своим золотистым взглядом с кошачьим зрачком на девочку, от чего у той перехватило дыхание. Красота ярости, решимости, твердости. — Продолжай.
— Не могу, я устала. У меня маленький запас маны. Отдыхай. Я скоро вернусь.
Рия встала и отошла вглубь леса колыбели. Достаточно далеко, чтобы Рэй не мог её услышать. По воле случая, дошла до дерева Оберона.
— Добрый вечер, Ваше Величество, — девочка поклонилась юноше. — Спасибо за приют.
— Ты так выросла, Рианнон. Казалось, только вчера я видел тебя в том парке и ты не изменилась, но также вчерашним днём кажется тот, в который ты впервые попала в Колыбель на руках дракона Древнего леса. Время для нас с Титанией течет так странно. Как оно ощущается человеком? Можешь ли ты мне сказать?
— Я вижу время так же, как и вы, только оно кажется куда медленнее. И только через десять лет я начну думать: «Как же быстро прошло время, когда я была ещё младенцем».
— Ты не просто так зашла так глубоко в лес Колыбели.
— Я хочу преодолеть свой предел.
Оберон кивнул. Рианнон легла в густую траву, закрывая глаза и устраиваясь поудобнее. Она соврала Рэю. Зависть затмила её глаза, когда тех коснулся образ его магических вен. Такие эластичные, такие чистые и яркие. Он определенно с ней станет сильнейшим существом после богов. И тогда, нужна ли ему будет Рия?
И тишину Колыбели пронзил крик, вопль, который было не сдержать, который портил голосовые связки, который показывал всё, что не могло быть скрыто.
— Рия! — Эрайзд прибежал на звук, смотря на неестественно извивающееся в траве тело. — Рия!
========== Поместье Герцогов Шакан ==========
— Не трогай её, дитя-полукровка.
Рианнон всё ещё корчилась от невыносимой боли, хотя давно прекратила вливать в себя ману. Скупая слеза пробежалась по её щеке, утонув в море травы. Эрайзд посмотрел на юношу, по пояс вросшего в дерево. Феи столпились по краям поляны, на которой стояло дерево Оберона, мягкий свет проникал из-за густых деревьев, наполняя окружение благородством и сказочностью происходящего. Прекрасный пейзаж Колыбели не подходил этой ужасной ситуации.
— Почему? Ей же больно! — Рэй всё тянулся к человеку, пока под его ногами по земле не хлестнули лианы, вставая на пути.
— Это её выбор. Она знала, что это может быть смертельно. — Слова Короля Лесов произносились спокойно и плавно, но его взгляд не отрывался от человеческого ребёнка.
Рия говорила, что больше не может так воздействовать на свои магические потоки, однако, вот она — корчится даже после того, как всё же сделала это. Так зачем?
И её же слова, всплывшие в голове полутитана, дали ответ: «Я стала жадной».
Когда тело девочки, казалось, успокоилось и Эрайзд вздохнул, оно начало светиться изнутри. Сначала, всё целиком белым светом, потом свет концентрировался в узоры и приобретали красный оттенок, распространяясь по всему телу. Сияние увеличивалось, будто вот-вот взорвётся, но вскоре пропало, будто его и не было. Таинственные витиеватые узоры также исчезли.
Оберон хмыкнул и лианы, угрожающе нависшие над крылатым, скрылись в кронах деревьев и в густой траве.
Эрайзд тут же подошёл к девочке, приподнимая её.
— Люди глупые, да? — прозвучал сзади мелодичный звонкий голос, будто усмехаясь. — Особенно взрослые!
На чьей они стороне? Разве они не знакомые Рии? Почему они так холодно относятся к её страданиям?
Или, скорее, так они проявляют свою доброту, не вмешиваясь в её выбор?
А чёрт этих полубогов знает.
Болезненный стон послышался от пострадавшей, вызывая облегчённый вздох Рэя. Она ещё жива. Открывая глаза и видя лицо крылатого, она непроизвольно нахмурилась, садясь ровно.
— Тит, Ваше Величество Оберон, разрешите остаться временно Эрайзду здесь? — голос Рианнон был хриплым и усталым, но говорил очень уверенно. — Опасно его держать в моей комнате.
— Нет. Я согласна видеть это только в твоем сопровождении, — твердо произнесла королева фей.
Оберон промолчал.
— Рия, ты только что чуть не умерла от боли, хватит думать о чём попало, — крылатый недовольно посмотрел на девочку.
— Я в порядке. Через несколько дней пройдет.
— Это ненормально. Мне же не было настолько больно. Или это потому, что ты человек?
— Это потому, что она невезучий человек. Но невезучий человек с амбициями, — усмехнулась королева фей. — Прошли годы, а она всё ещё не щадит своё нежное тело. Более того, это тело даже слабее обычных человеческих. Но тебе она об этом не сказала, не так ли?
Рэй заткнулся. Конечно, она ему не доверяет. Действительно, как можно открыться тому, кто не открылся тебе?
— Магическая чувствительность, — прохрипела Рианнон, испытывая сильную сухость и боль в горле. — Эта болезнь присуща немногим людям с магическим потенциалом. Обычно смертельна. Я выжила благодаря Колыбели и её хозяевам.
Титания посмотрела на девочку, придерживающую горло и приказала феям принести немного воды для неё. Блондинка кивнула в знак признательности после того, как опустошила три огромных колокольчика с водой.
Рэй прикрыл крыльями их двоих, создавая просвечивающий местами купол. Среди этой темноты ясно можно было видеть его завораживающие глаза, но невозможно было увидеть выражение лица и понять, что он чувствует или думает.
— У меня было два запрета: не шуметь и не выходить из «дома». Я жил в пещере, лишь иногда видя мать, которая меня навещала и рассказывала истории. У неё были красивые белоснежные крылья и волосы, нежное и хрупкое телосложение и чарующий голос. Я любил её колыбельные и улыбку. Отца я не видел ни разу.
Рианнон внезапно обняла его. Когда Рэй хотел продолжить, Рия закрыла его рот левой рукой.
Титания, стоящая уже у Оберона, недовольно хмурилась.
Заметивший выражение лица «супруги», король кивнул ей, когда их взгляды встретились.
— Что ж, детишки, вам пора! Уже почти светает, — королева фей подскочила к крылатому куполу, коснувшись Рии и Рэя.
Спустя секунду они снова были в парке, на том же самом месте.
Этот день оказался тяжелым для них, особенно для Рианнон. Она была вымотана и проспала до девятого колокола.
***
— Ваше Высочество! — тем временем, девочка лет одиннадцати подошла к стоящему в коридоре Льювангу Симбану, бурно обсуждающему утренний урок с товарищами по девятой ступени. Ученица пятой ступени исполнила идеальный реверанс, а её лицо выражало глубокое смирение перед вышестоящим в иерархии господином. — Ваше Высочество, благослови вас Мир, позвольте украсть вас на минутный разговор?