— Ваше Высочество, какие будут указания? — спросил один из стражников, который явно был у них командиром.
Принц долго думал. Но все в этом зале понимали: просто так с миром её отпустить уже нельзя. Если монарх мёртв, кто-то должен быть козлом отпущения — оправданным или не очень. Королевство Симбан очень молодое и нужно быть осторожным с объявлениями. Тем более о смерти короля. Тем более о том, кого лучше выставить виновным.
— Под арест её. Мне нужно подумать… — виновато он посмотрел на сестру.
«Это даже забавно. Рэй, подожди ещё некоторое время, мне интересно, что будет дальше. Кажется, они всё ещё не считают меня опасной.» — подумала Рианнон и спокойно прошла со стражей в не очень большую тюрьму под дворцом.
Здесь содержались обычно преступники-мошенники, которые часто были выходцами из богатых семей и камеры были соответствующие: не сильно отличались от комнаты Рии в общежитии, только с решётками. Эмбер у неё, кончено, забрали.
— Скажи, почему?
Льюванаг пришёл только уже ближе к вечеру, явно уставший. Рианнон же хотя бы выспалась в камере. Она лежала на диване, подпирая голову кулаком и показывая свою расслабленность и спокойствие, чем только дополнительно напрягала собеседника.
— Почему что? Убила его? М-м… — Девочка подумала, как бы лучше это объяснить. — Это была месть.
— Месть? За что?
— За меня. За моё рождение. Я скажу вот что: первые слова, которые я услышала, когда родилась, были слова твоего отца, и звучали они как «избавьтесь от этого ребёнка». Я помню их. Всегда помнила.
— Ты уверена? Как вообще ты можешь помнить что-то столь давнее?
— Просто помню. И отвечая на твой следующий вопрос: да, это точно был твой отец, ведь кого попало не назовут «Вашим Величеством».
— И что ты хотела делать дальше? Забрать всю власть себе?
— Не шути так, эта мелочь мне не нужна.
— Мелочь? — взвинченный принц немного поднял голос, не со злости, скорее с легким раздражением. — Жизни тысячей людей, земля, на которой они живут и их благополучие — мелочь?!
— Мелочь — иметь власть, которой нет. Власть — это не то кольцо на голову из благородного металла и не стул, стоящий во главе роскошного зала. Король — лишь титул, который ничего не значит, если его не признают, как внутри страны, так и вне её. Власть принадлежит не одному человеку, а немногим особенно богатым, которые условно подчиняются, пока им это выгодно. Если им не нравится болванчик на троне — они его заменят. Другими словами — если я просто убила короля, надела его корону и сказала «теперь я тут главная, просто потому что», то слушать меня никто бы не стал. Если бы я хотела захватить власть, я бы пустила слух, что у короля есть дочь, которая очень похожа на его сына, потом пустила бы слух уже среди знати, что девочка глупенькая и падкая на лесть и изначально вела бы себя менее отстранено. Проще говоря, попыталась бы соблазнить дворян на идею подмены наследника.
Люк понимал эту систему. Но считал, что её не понимала двенадцатилетняя девочка.
— И что же ты тогда собиралась делать? Просто уйти и жить себе спокойно, нарушив спокойствие целой страны?
— Да. Мне не нужна власть над человеческим королевством. Это место твоё. Мне же хочется получить своё место.
— Но ты так неудачно попалась с поличным, — наигранно разочаровался Люк. — Уже завтра на рассвете тебя казнят.
Рианнон чуть не рассмеялась от абсурдности.
— Ваше Высочество… Точнее, уже Величество? При всём уважении, но неужели старший брат наивно думал, что я действительно зажата в угол? Сильный ястреб прячет когти.
При словосочетании «старший брат» принц почувствовал себя очень странно. Нет, теперь он знал, что у него была младшая сестра, но он только начал расследование по этому поводу.
— И зачем же ты тогда мне это говоришь?
Рианнон с хитрой улыбкой смотрела на брата. Больше он ничего не спросил и ушёл, приказывая охране быть настороже. И даже прислал дополнительных людей. Ответ был прост и Люк не глуп, чтобы понять: она считает, что при любом исходе продумала всё на пять шагов вперед и выйдет сухой из воды, даже если здесь и сейчас выложит всё в подробностях.
И она права. У неё есть напарник, магическая сила которого далеко за пределами человеческого и вполне сравнится с полубогами, сама она тоже сильнее любого человека благодаря магии, не считая чистой силы заклинаний и чистой физической. Да даже во время разговора с Люком шансов его убить было предостаточно. Но основной её силой было то, что к этому дню она готовилась все двенадцать лет. Сначала, планировалось уйти подальше и нарастить силу не находясь на виду у цели, но пришлось действовать под носом, заодно удачно узнавая детали через Льюванага. Он не считал что всё, что он сказал было опасно его отцу и думал, что Рианнон просто хочет лучше разбираться в политике, отчего и считал её неплохим теоретическим советником. Кто мог подумать что фраза «отец любит вставать рано утром и садиться на трон, чтобы собраться с мыслями перед началом дня» будет так использована?
«Посмотрим, как ты решишь мою задачку, братец.» — насмешливо она подумала ему вслед.
Но несмотря ни на что, убивать Льюванага Симбана Рианнон не хотела.
«Эрайзд, завтра на рассвете меня попытаются казнить. Давай устроим им горячее шоу.»
«С большим удовольствием» — холодно ответил полутитан.
В тронном зале собралась вся верхушка знати — главы герцогских семей, советники короля и некоторые самые влиятельные личности. С престолонаследием всё просто — есть Льюванаг, он уже в подходящем возрасте и достаточно подготовлен на эту роль. Спорили в основном о том, как быть с убийцей короля и как предоставить эту информацию народу. Ведь страна очень молодая, необходимо создать хотя бы иллюзию гармонии в королевстве для стабильности. Да и тяжело сказать «маленькая девочка пробралась без шума во дворец и убила короля кинжалом».
— Может лучше казнить перед людьми кого-нибудь, кто больше похож на убийцу, а настоящую преступницу вдали от лишних глаз и ушей? — поступило предложение от Витонта Албуса Старшего.
Этот мужчина средних лет не славился дюжинным умом, но предлагал необычные или, наоборот, очень простые решения, до которых не сразу додумывались. Также он был верен короне и слегка горделив, считая дворян властителями простых людей, но которые пользуясь этой властью, должны направлять её на общее благо. Горд, но героически праведен.
— Я не хотел бы обманывать людей, — Люк устало посмотрел в сторону трона, уже отмытого от крови. — Хотя так надёжнее всего.
— Ваше Высочество, вы боитесь её? — спросил герцог Шакан, который также присутствовал в зале. — Она просто девочка, которая хорошо училась, не любила других детей и плохо владела магией, несмотря на аномально большое количество магической энергии.
Среди присутствующих он больше всех знал девочку. Или так всем казалось.
— Она не так проста, как вы думаете… как я думал. Она сама мне только что сказала, что у неё есть чем ответить.
— Тогда почему она всё ещё не сбежала? — насмешливо поинтересовался герцог Абиманти, двери в поместье которого не могли быть маленькими, иначе грозили бы убить хозяина, как Винни де Пуха, знаменитого дворянина Кебшелфа, умершего от того, что застрял в дверном проёме.
— Я не знаю, — беспомощно ответил принц.
— Она не хочет, — в зал вошла Диссандра Веннит, присев в реверансе и проходя к Его Высочеству. — Она ждёт когда вы уже решите, что победили, чтобы играючи вырвать победу и сбежать.
— Леди Веннит, о чём вы? — Льюванаг не очень понимал, что тут забыла его невеста.
— Я только что навестила Леди Малмуд. Она мне ничего не рассказала, но я поняла, что у неё за характер, — только неслышимым полушепотом девочка добавила «почти», смотря на Люка.
— Ваша проницательность всегда поражала меня, так что я склонен верить вашим мыслям.
— Благодарю за комплимент, Ваше Высочество. Эта дочь герцога посмеет предложить свой вариант решения проблемы. Не стоит врать народу, ведь если ложь раскроется, это поставит под подозрение все действия королевской семьи и дворян. Но если у Леди Малмуд есть уверенность в её неуязвимости, надо пресечь любые возможные и невозможные пути отступления. Правосудие должно свершиться.