Уже этот факт немного деморализовал человеческую армию, ведь несмотря на малое количество жителей, практически каждый был на вес золота по способностям.
Барабаны смолкли, металл перестал звенеть. Людское войско встало ровными рядами в менее чем половине километра от стены.
Льюванаг стоял в доспехах с золотыми инкрустациями. Он что-то сказал рядом стоящему мужчине, и тот вышел немного вперёд, увеличившись в размерах, позволяя Льюку встать большому ящероподобному дракону на спину. После чего только они вдвоём приблизились к центру поля и стали ждать лидера вражеских войск.
— Чтоб его… Агни, не соизволите оказать честь?
Отец Эрайзда кивнул и вернулся в истинную форму огненного дракона, подсадив Королеву демонов на голову. К прошедшему Дню Демонов ткачихи соткали для Рианнон белейший шелковый халат обрамлённый по краям золотыми нитями. Они знали любовь Рии к простоте и практичности, поэтому такой знак статуса и чуть ли не власти был невесомым, удобным и быстро снимался. Под ним только легкая, удобная одежда, кольчуга и небольшие пластины-щитки на предплечья. В конце концов, стиль боя у королевы основан на её скорости и ловкости.
Обе стороны начали подходить — только лидеры войск и драконы.
— Что здесь забыл дракон Древнего Леса, Виссарион? — спросила Рия у ящера. — Или, мне лучше, как и раньше, звать тебя «папа»?
— Я здесь, чтобы остановить тебя, — пророкотал гигант. — Это всё моя ошибка.
— Какая? — злобно усмехнулась блондинка. — Когда ты спас младенца и не дал ему умереть? Когда отвел его к феям, чтобы вылечиться? Когда спас от магического чудовища? Или когда отослал его в столицу, поняв, что тебе с ним не справиться?
Глаза лесного дракона сощурились:
— Ты должна была жить как нормальный человек. А ты даже умудрилась приручить огненного…
— Никто никого не приручал, — грубо прервала Виссариона девушка. — У нас деловые отношения. Вопрос встречный: а не сочтут ли после уничтожения Шанхары люди следующим бельмом на глазу Симбан, раз уж сам дракон Древнего Леса на их стороне? Не это ли решение будет ошибкой, папа?
— Рианнон, хватит этих подколок, — влез Люванаг Симбан. — Будь серьёзнее.
— Я уверена в себе, Люк. И могу позволить себе быть немного несерьёзной. Кого я не могу назвать серьёзным, так это Виссариона. Он сам не знает, чего хочет. Говорить нам больше не о чем. Сдаваться, как ты видишь, мы не собираемся. Поэтому сейчас мы разойдёмся по своим армиям и, как только это произойдёт, начнётся бой за будущее фавнов. И, надеюсь, что он будет последним.
— Я хотел… — начал король, но его грубо прервал холодный и расчетливый тон Рианнон.
— Я знаю, чего ты хотел. Ты такой добренький, наивный, конечно, тебе не хочется вовсе начинать войну. Но, я так понимаю, часть народа, знать, рабовладельцы и церковь выступили против тебя. Ты ещё молодой король, вполне логично, что у тебя недостаточно колючие ежовые рукавицы и держат скорее тебя. Удачи. Смотри, не помри. — Рия смягчила голос и обратилась к отцу Эрайзда. — Пора возвращаться. Спасибо, что предоставили свою помощь.
— Не за что, — ответил крылатый ящер, возвращаясь спокойным шагом к стене. — Ты ведь должна была ответить чем-то похожим. Хотя, я мало что в этом понимаю.
— Вы не должны далее вмешиваться. Можете встать и посмотреть на происходящее со стены.
— Я могу для разнообразия и помочь.
— Если хотите, хотя тут и так будет хаос. Лучше останьтесь в стороне, вы на совсем экстренный случай пригодитесь.
— Как знаешь.
Подойдя к своей армии и спустившись с огненного дракона, Рия услышала протяжный сигнал к атаке похожий по звучанию на трубу.
«Хёд, Эвриалла, начинайте. Сэр Шалун, вы знаете, что делать. Атурр и Кэтор выступайте, остальные ждите. Цель — оборона и минимум потерь. Не напирайте сильно.»
«Принято.» — Хором отправили ответное мысленное сообщение указанные личности.
Стук палок и звон колец на них возобновился. За ними ритмично присоединился грохот барабанов.
Выстроившись в два ряда, демоны немного вышли вперёд и приняли оборонительную стойку. Шалун незаметно исчез из поля зрения. Келана пока оставалась рядом с Эвриаллой и Хёдом, которые, устроившись на постаменте для лучшей акустики, запели свою песнь войны в ледяные подобия рупора, что создала Эвриалла.
Встань, брат мой,
Время принять бой.
Время отстоять свою свободу!
Льюванаг тоже решил придержать большую часть войск, но быстро пожалел — их уверенно отталкивали от стены; уже в первые минуты среди людей были пострадавшие. А демоны пока лишь медленно устают. Но воодушевление и песнь двух магов проклятий поддерживали их в боевом состоянии.
Ты был слаб и убог
Был унижен, болен
Как такое допустил Бог?
Как ты был не сломлен?
Поняв, что таким образом ничего не добиться, три тысячи людских войск нахлынули одним потоком, окружая демонов. Только со спины им было не обойти из-за возведённой заранее стены. Казалось, они сами загнали себя в ловушку, если бы неизбежно отступали. Но оставшаяся часть войск подключилась к сражению и умеренно отбивалась, практически без ранений.
Встань стеной,
О жалости не ной —
Нас они ни разу не жалели!
Хёд притих, а Эвриала, вдохнув поглубже, воодушевляюще протянула «А».
— Ваше Величество! — подбежал один из солдат к Льюванагу, отдав честь. — В нашем тылу свирепствует чёрное чудище!
— Что ещё за чудище?
— Чёрное, будто ночная тень, с острыми зубами и когтями из локтей и трёх хвостов.
— Ну так убейте его!
— Мы не можем. Он уже весь в стрелах и мечах, но не умирает.
Виссарион в углу палатки нахмурился и тихо вышел.
Шалун пробрался в тыл и, вспомнил. Вспомнил о войне, после которой он был проклят, о своей жене и дочке — обо всём, что вызывало страх и гнев. Так призвал свою тень. Сам притаился, одев форму Симбана, и изображал одного из убегающих от тени, благо Чёрная тень не задевает хозяина.
Когда сольное околооперное пение вадуона закончилось, слепой подхватил и продолжил песню:
Рука — крепка,
Душа закалена,
Усталость и тревоги позабыты.
У некоторых огненных магов начала заканчиваться мана и им пришлось отступить, оставались только огненные с мушкетами. Численность людской армии падала, но их всё равно оставалось гораздо больше демонов. А силы медленно, но верно, покидали их.
Аргента, девушка-гном обратилась в огромного драконида* с серебрянными пластинами на спине и у шеи и раскидывала людей в разные стороны.
***
— Это что такое? — спросила Рианнон у Эрайзда, держа за шкирку лису с чёрным мехом и серебрянными пластинами по телу.
— Лиса? Странная какая-то.
— Ай! — Рию укусили, и она разжала руку, потирая её, пока лиса удирала. — Даже не рыжая бестыжая. Ладно, где тут вход в гору? Я пока вижу только сплошную скалу и джунгли… Могу ведь я магией пробуриться к городу?
Рэй лишь пожал плечами.
***
— Здраствуйте, мне сказали, вы Феррум? Железный гном?
— Вы ошиблись, — хмуро ответил гном, который, на удивление, реально выглядел как гном, которых помнит Рианнон из прошлой жизни.
— Значит не ошиблась, меня предупредили, что у вас ужасный характер. Но, как оказалось, на этой горе вы один с железом на «ты».
— Деда, там странные чужаки… — девушка-гном с серебрянными пластинами вошла в комнату и не сразу заметила гостей. — Устроили в центре концерт, пошли посмотрим.
— Аргента, ты ведь знаешь, тебя не жалуют…
— Хм… — Рия посмотрела на девушку. — Лиса…
— Нет, это не я, о чём вы, — затараторила Аргента, явно нервничая. — Будто бы гном может стать лисой.
— О чём ты? Я хотела сказать, лиса бросила камень в воду. Это у людей «быстро распространяются сплетни».
***
Стоило людям начать теснить демонов, видя их усталость, Королева Демонов выкладывает очередной козырь.
— Келана, твой черед, — твёрдо произнесла Рианнон рядом стоящей вампирше.