— Добрый день, могу я вам помочь? — спросила она нас сразу, как увидела нас.
— Добрый день, мы бы хотели увидеть Дивеева Илью Станиславовича, не подскажете, в какой он палате? — вести диалог взял Родион.
— А вы кому ему приходитесь? — не убирая улыбку, спросила она.
— Мы его друзья, можно сказать, самые близкие, — наврал цесаревич. — Мы присутствовали, когда он поранился, а когда возникла свободная минутка решили к нему заскочить.
— Хорошо, я вам поверю, Родион Павлович, — подмигнул ему девушка и полезла смотреть в какие-то бумаги. — Его разместили в палате номер три.
— Огромное спасибо, — подмигнул в ответ Родион.
Мы прошли по широкому коридору в сторону палаты, и остановившись у двери прислушались. Судя по тишине внутри, он был один, что нам только на руку. Внутренне кивнув своим мыслям, я толкнул дверь и вошёл к «больному».
— Что вы тут делаете? — наш «друг» лежал на койке закинув ногу на ногу и довольный листал телефон, но увидев нас, его глаза расширились и он с удивлением уставился на нас.
— К тебе пришли, разве не видно, — спокойно ответил я, накалять обстановку пока не хотелось, но на глупые вопросы у меня была «аллергия». — У нас с тобой ещё одно дело не законченно, а тебя ни где нет, мы же договаривались, после вступительного испытания провести дуэль.
— Но я получил ранение и не могу сражаться, — сделал он страдальческое лицо.
— Те повреждения, что я нанёс тебе, твоё одарённое тело должно было само исцелить, — поморщился я, худшей отмазки и придумать нельзя было.
— Это не тебе решать, — грозно сказал Игорь.
— Тут ты прав, — вздохнул я и увидев торжественную улыбку на его лице обратился к Светлане и Родиону. — Ваше Высочество, Ваша Светлость, не будет ли у вас независимого медика, для получения информации о здоровье моего оппонента?
— Да, он может прибыть в течении часа, — заинтересованно сказал Родион, и видимо догадавшись о что я хочу сделать, посмотрел на Илью и продолжил. — Вызываю.
— Не нужно, Ваше Высочество, — сквозь зубы сказал он.
— Почему? — приподнял я одну бровь. — Разве дуэльный кодекс не предусматривает жёсткого его соблюдения?
— Всё верно, но не нужно вызывать независимого медика, — всё так же через зубы процедил он.
— Но как мы тогда будем выходить из нашего положения? — вновь сделал я удивлённое лицо, играть на публику порой у меня удавалось очень хорошо.
— Я готов принять своё поражение, — спустя минуту тихо сказал Игорь.
— Прости, я не расслышал что ты сказал, — ответил я.
— Я говорю, что принимаю своё поражение в нашей дуэли, — яростно сказал он.
— И?
— И я выполню все наши договорённости.
— Повтори наши договорённости, — сказал я спокойно.
— Я прилюдно откажусь от притязаний к Её Светлости Светлане Юрьевне Гроховской, — сдерживая ярость сказал он.
— Отлично, — улыбнулся я. — Тогда мы ждём твой отказ в кратчайшие сроки.
— Естественно, — ехидно улыбнулся он.
— Вот и отлично, — сказал я, всё так же с улыбкой, затем полез в карман и нажал на экран телефона и показал его моему не состоявшемуся оппоненту, на нём можно было разглядеть записывающее приложение. — А эта запись поможет тебе.
Я переслал её Светлане и Родиону, от чего их лица немного вытянулись в изумлении.
— Зачем ты сделал запись разговора, — спросил Игорь.
— Что бы у меня были доказательства, а что такое? — удивился я.
— Ты меня опозорить собираешься? — гневно выкрикнул он.
— Нет, с чего такие мысли?
— Слову аристократа верят все! — пафосно заявил он.
— А я разве говорю, что я тебе не верю? — удивился я.
— Твоя запись тому прямое доказательство! — обвинительно ткнул он в меня пальцем.
— Я верю твоему слову, но после того, как ты попытался избежать дуэли, под предлогом увечий, я не могу ему доверять, — спокойно, как ребёнку, объяснил я. — Есть даже такая поговорка: «Доверяй, но проверяй».
— Это оскорбление! — всё не как не унимался он.
— Хорошо, — покачал я головой, а потом обратился к цесаревичу. — Родион Павлович, не могли бы вы мне сказать, если один из дуэлянтов пытается уклониться от уже назначенной дуэли, что тогда происходит?
— Это урон чести, а также его уже никто не будет воспринимать в серьёз, — улыбаясь сказал цесаревич.
— Вот видишь, Игорь, а ты именно этим и занимаешься, после того, как я, абитуриент, победил тебя, студента второго курса, с помощью дара, ты попытался уклониться от дуэли без оной, что несёт только урон и упадок чести, — всё разжёвывая объяснил я. — Я понимаю, что в связи с моим статусом ты думал, что всё пройдёт, ведь кому поверят больше мне или тебе? Ответ очевиден. Но теперь у нас есть запись, а также высокопоставленные свидетели твоих слов, и теперь ты не сможешь соскочить.