– Считаете, будет хуже? – спросила Асутиролса. – У меня сложилась впечатление о его наплевательском отношении к окружающему.
– Никому не нравится быть обманутым, – отрезала Ллос.
– А как быть с Раксалоной? Ее же тоже надо теперь отправлять в университет. Или открыть информацию о Сиралосе другим матерям?
– Ни в коем случае. Мы так и не нашли, каким образом он добывает информацию. Поняв, что не достиг цели, он будет выдумывать новые варианты. К тому же он вполне способен сообразить о моих догадках относительно его личности. Нам это ни к чему. Пусть думает, что все прошло удачно. Отправляй Раксалону. Пусть Сиралоса не раскрывается перед ней. Поняла?
– Да, Великая, – склонилась Асутиролса.
Ллос прикрыла глаза, и в зале повисла тишина.
– Нужно подтвердить его ожидания, – произнесла она, не открывая глаз.
– Ожидания чего, Великая?
– Он, зная мой характер, предполагает необдуманные действия с моей стороны. Поэтому необходимо внешне показать мое бешенство, вызванное убийством одной из моих жриц. Заодно и Палаэлю наглядно продемонстрирую, что преждевременно поставил себя на одну ступень со мной.
– Обидится, когда выяснит о вашей изначальной осведомленности относительно его непричастности к убийству. Отыграется на Сиралосе.
– Не будет он над ней издеваться, – с уверенностью произнесла богиня. – Характер слишком мягкий. Будь он жесток, то ей пришел бы конец за одну попытку нанести удар плетью, которую она предприняла, находясь в гостях. И поделом! Кстати, вполне возможна причастность Ваэрона к появлению у Палаэля мысли об атаке на мой храм. Надо эту идею немного позже ему подкинуть. Замечательно будет, если получится стравить их между собой.
– Великая, а как ты собираешься показать свое бешенство? – не удержавшись, полюбопытствовала Асутиролса, в голове крутившая эту мысль богини.
– Ударить по нему. Тем более все мое естество этого требует. В предыдущую нашу встречу последнее слово осталось за ним, и сейчас наступил подходящий момент сказать свое.
– В университете он мог создать… – начала жрица, но была перебита смешком Ллос.
– В университете? – скривила она губы. – Он сейчас на побережье. И как раз в том месте, где выход в реальный слой представляет для меня наименьшую проблему. Весьма удачно. Карта миров, врученная ему в прошлый раз, с которой он не расстается, показывает мне его текущее местоположение. Думаю, пора нанести ему визит вежливости.
Голова медленно растаяла в воздухе.
Много лет спустя.
Из записей покойного графа Кристофа Лабросского
«…и понял я тогда: не обычный маг с нами путешествовал, но настоящий бог. Волна, поднятая им, несла его навстречу той, другой сущности, от которой он надеялся убежать, да не получилось. Поднявшись в воздух на достаточную высоту, когда гребень волны оказался ниже нас, мы ахнули, увидев сплошную черную стену, надвигающуюся на нас с берега. В ней сверкали гигантские молнии, своими вспышками освещавшие летевшие в этой черноте деревья, вырванные с корнем еще там, на берегу, и целые скалы, проносившиеся, точно маленькие камешки. И ниже, под этой чернотой, вздымалась масса воды, пусть и уступавшая по высоте той, что поднял наш старик, но не намного. Это все шло на нас, заставив чувствовать себя маленькими жучками перед разбушевавшимся великаном.
В той черной стене мы разглядели маленькую фигуру, горевшую красным демоническим пламенем. Сущность, возжелавшая убить нашего Непуна.
Столкновение было ужасным. Яркая вспышка лишила нас на некоторое время возможности видеть, а раздавшийся следом гром – возможности слышать. Наш пузырь, в который бог заключил корабль, метало из стороны в сторону в диком хороводе разбушевавшихся стихий. Мы старались удержаться на корабле, хватаясь за все конструкции, но тщетно. Если бы не пузырь, мы бы погибли в морской пучине.
Тьма, царившая вокруг, периодически разбивалась ярким светом. В эти моменты мы видели исполинские полосы сплошного мрака, изгибающиеся словно живые. Пару раз нас накрывали огромные волны. В купол то и дело попадали обломки скал, и мы думали, что все, конец. Но они лишь откидывали нас далеко в сторону.
Сколько все это продолжалось, сложно сказать. Для нас пролетела целая вечность. Если честно, то я в какой-то момент перестал надеяться на спасение. В битвах богов смертные не выживают. И мы бы, наверное, не выжили, не появись еще одна сущность.
Я поначалу не понял, что произошло. Просто вдруг все успокоилось: волны опали, тьма рассеялась, ветер стих. Мы сперва увидели нашего старика, лежащего на волнах. Он слабо шевелил руками, стараясь что-то совершить. Недалеко от него стояла та фигура, до сих пор горевшая красным пламенем. Но она даже не смотрела в сторону Водяного, обратив внимание куда-то вверх. Проследив за взглядом, мы увидели огромного паука, верхняя часть которого была телом обычной женщины. Только вид злой.